Рецензия на фильм «Малышка зомби»

1962 год, Гаити. Молодого мужчину спешно хоронят родственники после внезапно наступившей кончины. Впрочем, той же ночью «мертвеца» – вполне живого – откапывают неизвестные и, предварительно напоив мутным зельем, отправляют на плантацию собирать сахарный тростник вместе с еще десятком мычащих и медленно передвигающихся людей. Спустя полвека уже в современном Париже молодая темнокожая ученица элитного французского лицея с целью объяснить свое странное поведение подругам расскажет, что является внучкой зомби, которого родной брат «заказал» колдунам вуду. Чуть позже одна из лицеисток, узнав, что тетя девушки тоже практикует колдовство, решит прибегнуть к помощи магии, чтобы избавиться от мук неразделенной любви.

Удивительно, но часть событий, описанных в этом необычном, местами гипнотическом фильме, произошла на самом деле. Реально существовавший гаитянин по имени Клервиус Нарцисс действительно был похоронен в 1962 году своей семьей, однако спустя восемнадцать лет как ни в чем не бывало объявился на улицах родной деревушки, объяснив «воскрешение» превращением в зомби, которое подстроили нанятые его алчными братьями жрецы вуду. Несмотря на, казалось бы, фантастичность истории, рассказу Нарцисса поверили не только родственники, но и гарвардский антрополог Уэйд Дэвис, с научной точки зрения описавший невероятный случай в книге «Змей и радуга» – именно по ней в 1988 году Уэс Крейвен снял одноименный фильм ужасов.

В случае «Малышки», однако, ни о каком ужастике (как минимум в традиционном его понимании) речи не идет. Феномен зомби, под который в разное время подводили хоть войну во Вьетнаме, хоть критику консьюмеризма, и даже фигура самого Клервиуса интересует режиссера Бертрана Бонелло («Порнограф», «Сен-Лоран. Стиль – это я») лишь как способ подумать на самые разные темы – от неоднозначности исторического процесса до накрывающей с головой определенности первой любви. Именно для этого обстоятельный пересказ жизни легендарного зомби постановщик разбавляет вроде бы «ненужными» сюжетными линиями: историей Мелиссы – не существовавшей в реальности внучки Нарцисса – которая после гибели родителей в ходе разрушительного гаитянского землетрясения 2010 года пытается интегрироваться в современное парижское общество (делая доклад по Рианне и слушая рэпера Damso); или необязательный на первый взгляд подсюжет с Фанни, подругой Мелиссы, которая переживает собственное потрясение – молодой человек, с которым она провела несколько незабываемых летних недель, внезапно ответил отказом.

Правда в том, что в «Малышке» нет лишних деталей, а каждый реальный или вымышленный эпизод в итоге находит свое отражение в по наитию сотканной монтажом ткани фильма. Даже повторяющиеся сцены учебы, в которых моднявый профессор (реальный историк Патрик Бушерон) рассуждает перед томными девицами о скрытой истории свободы и реальных последствиях Великой французской революции, имеют для смыслового веса картины такую же значимость, как и антропологические кадры слоняющегося по гаитянским пейзажам Клервиуса, который до поры до времени не способен вернуться домой.

Это, возможно, и делает «Малышку» непростым опытом даже для подготовленного зрителя – вместо ожидаемого интеллектуального выпада Бонелло максимально устраняется от законченного суждения, пытаясь вместо этого интуитивно подобрать описания сразу нескольким интересующим его переживаниям: безответно втрескаться по уши в пятнадцать лет – все равно что проснуться марионеткой без воспоминаний посреди бесконечных тростниковых полей, которые еще недавно принадлежали тебе; лицеи, как и либерализм, кажется, придумали, чтобы ограничить свободу; время ускорилось, а мы все больше похожи на мертвецов. «Я больше не раб и никогда им не буду», – говорит экранный Клервиус, находя успокоение в объятиях жены, которая в реальной жизни его так и не приняла. «You’ll never walk alone», – обнадеживающе вторят ему Gerry & The Pacemakers, на миг объединяя зрителей перед лицом ассимилировавшейся гаитянки, в которой каждый, без сомнения, узнает самого себя. 

Спецпроект

Загружается, подождите ...