«Анфан террибль» киноиндустрии Квентин Тарантино лично привез свой девятый фильм «Однажды… в Голливуде» в Москву
© Михаил Харин

8 августа стартует российский прокат девятого, предпоследнего фильма Квентина Тарантино «Однажды в… Голливуде». Чтобы представить ленту о культуре сердца кинематографа шестидесятых годов, режиссер лично прилетел в Москву. Time Out рассказывает, о чем он разговаривал с московскими журналистами.

Накануне пресс-конференции режиссер успел побывать на экскурсии в Кремле, устроенной лично министром культуры РФ Владимиром Мединским. Тарантино в Москве уже второй раз, поэтому на пресс-конференции обошлось без традиционных вопросов об общих впечатлениях о России. Однако один из журналистов поинтересовался у режиссера, не хотел бы он использовать образ Царь-пушки в одном из своих фильмов.
«Царь-пушка, конечно, впечатляющее зрелище! Но вам не нужно, чтобы такой фильм снимал я. Не чувствую эпоху средневековья», — признался Квентин, предложив обратиться с данным вопросом к Ридли Скотту или другим голливудским режиссерам, которые могли бы лучше справиться с этой задачей.

Вместе с Тарантино на премьеру фильма в Москву приехали продюсеры фильма — Шэннон МакИнтош и Дэвид Хейман. Шэннон, сотрудничающая с Квентином уже долгих двадцать пять лет, рассказала, что работать с ним, вопреки расхожему мнению, очень легко. То же самое подтвердил и Хейман, впервые работавший с Тарантино. «У Квентина такой имидж анфан террибль, который всем мешает работать, но это неправда, — добавил Дэвид. — Снимать фильм про Голливуд 1969 года очень сложно. Но Квентин, его энтузиазм и любовь к кинематографу заряжали всех вокруг. Иногда он просил актеров снять дополнительный дубль, а когда я спрашивал, зачем это нужно, вся команда хором отвечала: “Потому что мы любим снимать кино!”».

© Михаил Харин

А на вопрос, сомневались ли когда-нибудь продюсеры в выборе Тарантино, который славится длинными диалогами, жестокостью и радикально авторским подходом, на роль режиссера «Однажды… в Голливуде», и были ли попытки уговорить его сделать кино более мейнстримовым и простым, Дэвид лаконично ответил «нет». Дважды.

Подобная репутация преследует режиссера на протяжении всех двадцати семи лет его карьеры. «Хотя сейчас я и часть голливудского сообщества, я всегда был немного аутсайдером в киноиндустрии, в девяностые так точно. Еще десять лет назад Голливуд не очень хотел со мной работать, и я легко мог оказаться на обочине. Возможно, с этим фильмом так и получится, — со смехом сказал Тарантино. — Ведь этот фильм не “Аквамен”».

Фильмы, рассчитанные на массового зрителя, к примеру, столь популярные сейчас киноадаптации комиксов, несмотря на любовь режиссера к графическим новеллам, его не интересуют. «Сейчас все их снимают, позволим им это делать». Хотя один из его фильмов — «Джанго освобожденный» — уже превратился в комикс, а недавно вышел графический роман, о приключениях Джанго и легендарного Зорро, «испанского Робина Гуда».

Литературные предпочтения Тарантино не ограничиваются комиксами, любит режиссер и произведения русской классики — Гоголя, Булгакова, и, в особенности, Пастернака. Однако главный герой «Однажды… в Голливуде» Рик Далтон точно не смотрел ни одного русского фильма, и не читал ни одной русской книги, ведь он «немного ксенофоб». Что поделаешь — исторические реалии эпохи! Он и к итальянцам относится с предубеждением. Зато если бы Квентин снимал кино о «маленьком Квентине» в 1969 году, то один русский фильм точно заслужил бы упоминания — «Человек-амфибия» 1961 года. Причем, юный Тарантино даже не знал, что фильм был советским. «Включаешь девятый канал в Лос-Анджелесе, а там “Человек-амфибия”. Часто крутили в начале семидесятых, с удовольствием смотрел каждый раз», — под громкие аплодисменты зала рассказал Тарантино.

К слову, соблюдение исторических реалий принесло режиссеру немало проблем. Ряд критиков в США и Европе негативно отзывались о картине, обвинив фильм и режиссера в жестокости к женским персонажам, сексизме, расизме и «создании до смешного белого кино». Конечно же, журналисты предложили Тарантино прокомментировать сложившуюся ситуацию. Тот попросил не смешивать творчество и автора, ведь персонажи фильма не представляют самого создателя, его мысли или точку зрения. «Они такие, какие есть, герои своего времени. Рик Далтон пренебрежительно отзывался об итальянцах, как и все подобные «ковбои-ксенофилы» тех лет. Это мысли и слова человека, жившего в то время, и, в моем понимании, это честное отображение той эпохи».

© Михаил Харин

Коснулся режиссер и темы насилия: «Знаете, у меня нет никакого сочувствия к членам секты “Семьи” Чарльза Мэнсона, и я был бы рад, если бы в реальной жизни с ними произошло то, что я показал в своем фильме».

У «Однажды… в Голливуде», безусловно, просто невероятный актерский состав, «каст века», по выражению самого Тарантино: Леонардо ДиКаприо, Брэд Питт, Марго Робби, Аль Пачино, Дакота Фаннинг, Майкл Мэдсен, Курт Рассел и множество других талантливых актеров. Некоторые из них уже снимались у Квентина, в том числе и главные звезды — ДиКаприо и Питт, но вместе на одном экране эти актеры появились впервые. «Я хотел, чтобы они у меня снялись, но, конечно, и не надеялся, что это получится. Актеры знали, что я пишу новый сценарий, и захотели его прочитать. Я предложил им эти роли и они, к счастью, согласились».

Во многом фильм получился ностальгическим не только для любителей американского кинематографа, но и для самого режиссера. Одна из журналисток обратила внимание, что герой картины ездит на Volkswagen Karmann Ghia — машине, которую в 1969 году водил отчим Тарантино и попросила рассказать, что еще из своих детских воспоминаний тот привнес в фильм. Оказалось — немало. Несмотря на то, что территориально сам режиссер жил на тот момент в Восточном Лос-Анджелесе, несколько раз он бывал и в Голливуде, к тому же, многое об этом месте было ему известно со слов отчима. Однако самое яркое воспоминание — как много люди слушали музыку по радио и насколько важными тогда были радиостанции.

«Когда ты ехал в машине, ты всегда включал радио, — вспоминал Квентин. — Если тебе не нравилась песня, ты не переключал радиостанции, а продолжал слушать ее до конца. А когда шла реклама или диджей что-то рассказывал, ты не выключал приемник, а перекрикивал его! И еще помню, как выглядели автобусные остановки, билборды — то, что привлекает ребенка, вроде рекламы диснеевского мультфильма “Книга Джунглей” или телевизионного сериала “Агенты А.Н.К.Л.”».

© Михаил Харин

Снимать фильм о 1969 — задача не из легких, и съемочная команда на самом деле построила огромное количество декораций, а компьютерная графика практически не применялась. Много эффектов было использовано лишь во время съемок поездок на автомобилях — да и для тех были использованы миниатюры. «Маленькие машинки, маленькие водители, никакой компьютерной графики. Я обожаю миниатюрные съемки и все трюки снимаю без графики, именно таким образом. Мы старались сделать все максимально реалистично», — гордо рассказал Тарантино.

Квентин не раз говорил, что за свою карьеру хочет снять ровно десять фильмов. И, конечно же, на пресс-конференции ему задали вопрос о дальнейших планах, ведь «Однажды… в Голливуде» — девятый, и, следовательно, предпоследний фильм режиссера. К тому же он получился столь масштабным и эпохальным — кажется, Тарантино вложил в него все, что только мог и хотел вложить.

Квентин подтвердил это и добавил: «Я понятия не имею, о чем будет мой десятый фильм. Но, если предположить, что все фильмы одного режиссера рассказывают одну историю, в которой каждый из фильмов — вагон в несущемся поезде, который и есть сама эта история, то я бы назвал свой девятый фильм великим финалом, а будущий десятый — эпилогом. То есть, вот все и закончилось, но посмотрите, пожалуйста, еще на одну маленькую штуку». По крайней мере, так режиссер думает сейчас.

© Михаил Харин

Спецпроект

Загружается, подождите ...