Инопланетянка и Профессор Ксавье представили в Москве «Темный Феникс»

Новая часть франшизы о Людях Икс «Темный Феникс» выходит на экраны 6 июня. В канун российской премьеры в Москву на встречу с журналистами прилетели исполнители главных ролей Джессика Честейн и Джеймс МакЭвой, режиссер и сценарист Саймон Кинберг и продюсер Хатч Паркер. Time Out рассказывает, как это было.

Джессика Честейн жизнерадостна и прекрасна в своем желтом платье, а МакЭвой сразу предупреждает: «Темные очки не сниму» — и оправдывается вчерашним прекрасным вечером и двумя часами сна. Хотя в случае Джеймса слово «оправдывается» неприменимо: он любит выглядеть немного сумасшедшим, это часть его очарования, в конце концов. И вообще: кто будет осуждать за темные очки человека, который только вчера увидел Красную площадь – и «ааааах, у меня остановилось дыхание»? Точно не московские журналисты, пришедшие на встречу с создателями «Темного Феникса» – возможно, последней части франшизы «Людей Икс» в ее нынешнем виде.  

«В глубине души я знаю, что все рано или поздно закончится, – говорил Хатч Паркер, который работал над картиной в должности продюсера, а до этого был одной из ключевых фигур компании 20th Century Fox. – В каком-то смысле наш новый фильм – комбинация опыта, итогов того пути, который мы прошли за последние двадцать лет существования «Людей Икс» в кино. В этот раз я смотрел, как работает Саймон Кинберг, как он применяет свои способности, приобретает новый опыт… и так было всегда. Это фантастическое путешествие, и лучшее доказательство этого – те, кто сидит рядом со мной. Я видел потрясающе талантливых людей за камерой и в фокусе камеры, их страсть к тому, что они делают. Именно поэтому мне так нравится то, что мы делаем».  

Макэвой во время этой речи сидит с непроницаемым лицом и чашкой кофе. Джессика внимательно слушает: если Паркер – долгожитель франшизы (он имел непосредственное отношение к успеху «Людей Икс» в нулевые), то она – абсолютный новичок. Это ее первое соприкосновение со вселенной и, как выясняется, с комиксами вообще: «Я не читала комиксы, когда была ребенком. Мой первый опыт связан именно с “Темным Фениксом”, и когда я готовилась к роли, я подумала: оооо, Росомаха сексуален! Пожалуй, это было все. Я многому научилась здесь – в частности, тому, что не нужно постоянно быть серьезной. Я вишу на канатах, за мной зеленый экран, и тут подходит Саймон и спрашивает, представляю ли я, как потом все это будет выглядеть, – и, разумеется, я не представляю! Потом я вижу готовый вариант и думаю – вот это да! Я поняла, что нельзя подготовиться абсолютно ко всему, и это помогло мне расслабиться на площадке». 

Когда журналистка, задавая вопрос, признается, что Джеймс ее любимый актер, он уточняет, правильно ли расслышал: «Вы меня любите? Ох, мне так приятно!». Но потом Макэвой меняет тон и становится серьезным: ведь его герой, профессор Ксавье, в «Темном Фениксе» впервые далеко не положительный герой, и его выбор становится причиной большой трагедии.  

«”Люди Икс” всегда были историей про семью: по сути, построив ее в “Первом Классе” и показав затем ее развитие, мы теперь ее уничтожили. Семья для этой истории – как позвоночник для скелета, – объясняет актер.  – Я не знаю, соберутся ли мутанты снова после всего, что случилось в фильме, или пойдут разными дорогами, или как-то изменятся, чтобы сохранить отношения. Если говорить о том, могу ли я оправдать своего персонажа, то мне это не нужно — я его понимаю. Я понимаю, что он верен своим взглядам, как и всегда: хорошее есть в каждом, у каждого есть потенциал… но в “Темном Фениксе” это становится уже политическим слоганом. Вместо того, чтобы спасать семью, он спасает мир – и получает ровно то, что посеял».  

В конце концов речь неизбежно заходит о том, каково это – снимать и сниматься в кинокомиксах, не самом серьезном жанре. Очень русский вопрос: в нашей стране культура горизонтального мира, где любовные романы и Толстой никак не исключают друг друга, даже еще не зародилась. Режиссер, сценарист, продюсер «Темного Феникса» Саймон Кинберг полагает, что это во многом искусственное деление: «Когда Марк Твен и Чарльз Диккенс писали свои произведения, это была популярная литература, а теперь это классика. Не в каждом комиксе есть глубокая философия – но все же она есть в этом жанре, как есть глубокие персонажи. Формат этих историй через сто лет не будет иметь никакого значения: у меня, например, сыновья ходят в школу, и там есть уроки по комиксам».   

Джессика вспоминает Чехова: в его мрачных произведениях можно найти немало юмора, а смотреть на все слишком серьезно и проводить жесткие границы нет никакого смысла. Именно этому научила ее работа в «Темном Фениксе». Макэвой, говоря об «оправдании комиксов», даже не пытается шутить: в «Людях Икс» речь идет об изгоях и аутсайдерах, и это крайне актуально для современного мира. Эта тема не становится более примитивной от формата – наоборот, видимая простота позволяет установить более тесную связь с читателем.  

Но к шуткам Джеймс все равно возвращается – когда его спрашивают о том, кто был рекордсменом по розыгрышам партнеров на съемочной площадке, Макэвой мгновенно указывает на Джессику Честейн: «Она! Она однажды отправила мне сообщение, которое я не могу тут пересказать, и буквально сломала мне жизнь на пару часов!»  Зато вот про то, как он висел, совершенно беззащитный, на канатах, и Джессика дергала его пультом за руки и за ноги под «Макарену», Джеймс рассказывает в подробностях. У Честейн при этом такое невинное лицо, что в эту историю веришь буквально сразу. «Джессика, я вас люблю. Джеймс, у вас отличная прическа», – говорит журналист. Она улыбается и отвечает по-русски: «Я вас тоже люблю».  

 

Фото © Михаил Харин

Спецпроект

Загружается, подождите ...