Театр, ради которого стоит уехать из Москвы

Time Out съездил в ростовский «Театр 18+» и объясняет, почему не побывать там — культурное преступление, особенно, если вам интересно живое современное искусство.

Пять лет назад в Ростове-на-Дону местный бизнесмен Евгений Самойлов открыл новое арт-пространство Makaronka, а актеры, режиссеры и драматурги Герман Греков (главный режиссер «18+») и Юрий Муравицкий (художественный руководитель «18+») вместе с командой создали независимый театр современной драматургии «Театр 18+» — «место силы» не только для города, хотя преимущественно для него, но и вообще для России. Это один из лучших частных театров страны с качественным и обширным репертуаром, достойными декорациями (что редкость для независимых площадок) и промоушеном.

Главная премьера сезона, которая готовилась год — мощнейшая «Ханана» по пьесе Грекова и в постановке Муравицкого. Авторы позиционируют спектакль как «русский гиньоль», гротескный театр ужаса и ада, обращающийся к народному низовому творчеству и смеховой культуре.

«Обыденный» мир деревенской семьи — беспросветная хтонь, пространство тотального трэша. Немолодая мать Наташа, она же Ханана, живет с полуглухим забитым и почти безъязыким (кажется, он не умеет ни говорить толком, ни считать) мужем и сыном Сашкой. Сашка — психически неуравновешенный тиран, ненавидящий мир вокруг, запойно читает книги, бухает, бьет отца и в припадках ярости систематически насилует мать. Второй сын сидит в тюрьме. Единственный персонаж, которому можно хоть как-то импонировать, в итоге станет убийцей. Или жертвой на заклании. Это как посмотреть.

This is the end, beautiful friend.



Все действие происходит в основном на кухне, ну а где еще жить в бездуховном мире. Пленка, отделяющая сцену от зрительного зала (художник Екатерина Щеглова), создает помимо уютного расфокуса еще и ощущение подглядывания, отстраненности. Скоморошество и лубок актеров придают максимальный эффект дереализации и возведения ада в высочайшую степень. Герои ходят по сцене сгорбившись, но как только покидают пространство дома/сцены начинают двигаться естественно. Кукольные и картонные жесты, застывшая мимика, предельно скудная речь почти по слогам. Спектакль перебивается зонгами с припевом «Хана нам».

При помощи системы кривых зеркал Муравицкий и Греков раскапывают хтонических чудищ, жестокого демиурга, бросившего этот беспросветный мир на уничтожение и сжирание самого себя. Это по настоящему страшно. Медленно, как речь героев, под аккомпанемент окружающего кошмара, подкатывает чувство тошноты, желание выпить водки. Но не поможет. Увиденного не развидеть.

Из герметичного мира «Хананы» нельзя выбраться и он не принимает в себя почти ничего, а иная поведенческая модель воспринимается как сбой в матрице, основанной на силе, страхе, выживании и водке. Кто машет кулаками, тот и прав, у кого оружие — тот правее. Искусственность мира на сцене спасает от совсем уж желания повеситься.

Конечно, это никакая не русофобия, как кричали некоторые зрители на первых показах. Скорее исследование, погружение, наглядная демонстрация бесконечно засасывающей воронки жестокости и жести. Препарация и лоботомия.



Муравицкий и Греков рассказывают реальную хоть и не абсолютно документальную историю, показывают хоть и с искажениями действительность, параллельную вселенную, существующую независимо от того, хотим мы ее видеть или нет. Про это важно помнить.

Но парадоксальным образом после почти трехчасового действия рождается не сочувствие и жалость, а желание выбраться, разорвать этот круг, оттолкнуться от дна и устремиться наверх или в бок, хоть куда-нибудь.

Сашка, бери автомат, застрели нас всех. И сам застрелись. Нам нужно переродиться.

«Театр 18+»
Ростов-на-Дону, 18 Линия, д. 8
+7 863 226-00-85
+7 863 296-16-92

Спецпроект

Загружается, подождите ...