Дени Вильнев: «Хочу снять комедию с Райаном Гослингом»
© Christopher Polk/Getty Images

Режиссер Дени Вильнев снова снимает главную кинофантастику на планете: в прошлом году он выпустил «Прибытие», в этом — «Бегущего по лезвию 2049». Time Out поговорил с ним о рукотворных декорациях, комедийном таланте Райана Гослинга и тонкой грани между роботом и человеком.

 

— Вы как режиссер известны своей манерой строить локации для фильма в павильоне, а не рисовать все на компьютере. Говорят, что в «Бегущем по лезвию» почти все места, где появляются герои, построены с нуля. Какая площадка из фильма вам нравится больше всех?

— Для меня это было исполнением мечты: у меня впервые появилась возможность построить целиком все. Так что я взял сценарий и сделал зарисовки с оператором Роджером Дикинсом и дизайнером Деннисом Гасснером. И мы реально взяли и построили все съемочные площадки, их было очень много. Но самая любимая — сцена, когда Райан Гослинг идет среди гигантских эротических статуй. Эта сцена — рай для меня, потому что у меня появилась идея сделать сад с гигантскими обнаженными фигурами, они предполагались очень высокими, — и мы создали их просто огромными. И я сказал: «Ух ты... нам нужна тут пустыня». И мы с Роджером создали эту масштабную сцену, как будто припорошенную желтой пылью. Она казалась бесконечной. Я считаю ее одной из самых красивых локаций, которые я когда-либо создавал. Процессом управлял Роджер, и, мне кажется, получилось очень реалистично и впечатляюще.

— Как вы считаете, в 2049 году мир будет таким, как вы показали в фильме, или все же иным?

— Надеюсь, что иным. Потому что этот фильм о том, что мир в 2049 году находится в ожидании. Все срежиссировано так, что в этом мире нужно выживать: в тяжелых погодных условиях, в тяжелых обстоятельствах, все эти машины – всё вынуждает выживать. Так что надеюсь, мир не зайдет так далеко. В фильме это показано очень выразительно.

— Хорошо, тогда как, по-вашему, будет выглядеть мир в 2049 году? Расскажите в нескольких словах.

— Прежде всего, надеюсь, мы все будем живы. Меня очень огорчает то, что образ будущего всегда рисуется в тревожных и темных красках. Я сейчас в поисках чего-то светлого, оптимистичного. Кажется, мне нужно снять такой фильм.

— Как бы вы ответили на главный вопрос о «Бегущем по лезвию», — где находится та грань между человеком и репликантом?

— Дело в том, что это тот прием, который мы используем в фильмах, — грань между объектом и субъектом, связь между сознанием и зарождением сознания. В фильме эта граница очень условна. Это один из сходных элементов между оригинальным и моим фильмами.

— Это единственное сходство? Вот, например, самый важный вопрос героя Харрисона Форда, человек он или репликант. Как бы вы сами ответили на этот вопрос?

— Мне нравится сам вопрос, а не ответ. Мне нравится тот факт, что когда я смотрел первую версию, я был уверен: Рик Декард — человек. Я думал тогда так же, как Харрисон Форд (исполнитель роли Декарда. — Time Out), который до сих пор считает Декарда человеком. Потом появился Ридли Скотт с мыслью о том, что, возможно, Рик — репликант. И сама идея того, что у нас нет уверенности в его происхождении, — это очень интересно. Получилось почти как в романе Филипа К. Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах»: иногда герои, те же полицейские, сами сомневаются в своей природе.

В этом я и нашел решение. Я не стал загонять себя в зону противостояния (имея в виду ту нейтральную зону между Харрисоном Фордом и Ридли Скоттом, которую они для себя определили). Мне нужно было найти своё место в этой схеме. И я чувствовал, что самое правильное — остаться на разделительной линии вопроса. Знает ли сам Рик Декард, кто он, человек или репликант? Что будет, если он репликант, как предполагает Рэйчел в первом фильме? Мне кажется, намного интереснее пребывать в сомнении. Именно поэтому я сохранил эту таинственную неоднозначность.

— Ваш фильм длится почти три часа. Получается, что это самый длинный блокбастер года, смелое решение. Вы ни разу не думали сделать его короче?

— Для меня длительность фильма состоит из двух типов — физическая длительность и внутренняя, духовная. Некоторые фильмы на 72 минуты кажутся очень длинными, а некоторые трехчасовые фильмы смотрятся очень быстро, на одном дыхании. Я считаю, дело не в длительности, а в правильно подобранном для конкретного фильма хронометраже. И я очень рад тому, что мы смогли выбрать правильно, ведь сюжет длинный и очень непростой. Поэтому нужно было суметь найти верный внутренний ритм и соблюсти стиль первой картины, которую можно было охарактеризовать как экзистенциальный фильм или детектив. Могу сказать, я счастлив тому, что фильм получился целостным благодаря режиссерскому монтажу. Мне кажется, из него нельзя вырезать ни одну сцену. Этот фильм — единое целое. Что касается меня, то я не считаю его слишком длинным.

— Почему «Бегущий по лезвию» не участвовал ни в одном кинофестивале этого года? Это было ваше решение или студии?

— Нет, это было решением студии. Дело в том, что меня приглашали на Венецианский фестиваль, в Торонто, в Теллурайд. Но кинокомпания решила не отдавать фильм в конкурс, потому что они боялись спойлеров, так как в истории есть несколько захватывающих, как мне кажется, сюжетных линий. И кинокомпания пыталась защитить нашу работу, поэтому пресса не видела этот фильм. В сегодняшнем мире, если кто-то узнал что-то этакое, он сразу начинает твитить, делиться со всеми. То есть сегодня создатели фильмов вынуждены работать всё более и более скрытно, чтобы фильм был неожиданным. Что же касается меня, я люблю участвовать в кинофестивалях. Жаль, что я не поехал на Венецианский фестиваль, но нам, к сожалению, пришлось отклонить их приглашение, так как от фестиваля до даты релиза было еще слишком долго. Это правда.

— Над каким фильмом или какой сценой вы смеялись в последний раз? Ваши фильмы преисполнены такой глубокой грусти, но грусти светлой.

— Да, вы правы. В последний раз я смеялся… Проблема в том, что за последние несколько лет я смотрел не так много фильмов, поскольку работал над тремя фильмами подряд. Но могу сказать, что сцена с Райаном Гослингом в туалете в фильме «Славные парни» — это было очень забавно. Не знаю, помните ли вы ее, но как мне кажется, Райан Гослинг — гениальный комик. Я бы с удовольствием снял комедию с Райаном. Он великолепный актер. Часто во время съемок «Бегущего по лезвию» мне приходилось утихомиривать его типа: «Это всё очень смешно, но мы не можем продолжать в том же духе». Он смешил меня до слез. Я бы с удовольствием снял комедию с Райаном Гослингом. По-моему, эта сцена в туалете, вся эта последовательность, как он пытается закрыть дверь, взяться за ствол… мне кажется, он классный актер, как Питер Селлерс. Знаете, да, он гениален.