Москва
Москва
Петербург
Лучшие фильмы-драмы 2015 года

Лучшие фильмы-драмы 2015 года

В списке Time Out — самые интересные драмы, вышедшие на экраны в 2015 году.

Выживший (реж. Алехандро Гонсалес Иньярриту, США)

Фильм, безусловно, займет достойное место в любом топе драматических фильмов производства США. В лесах американского Среднего Запада несет смерть пушному зверю отряд головорезов с плохими зубами и еще худшим характером — охотники, трапперы, вояки, просто искатели злоключений. Вскоре смерть, кровавая, натуралистичная, окружит уже их самих — в лице индейцев арикара. А затем, после тревожного бегства героев вплавь, сосредоточится на одном коренастом человеке по имени Хью Гласс (Леонардо Ди Каприо) — и будет трепать его медвежьими когтями, предательски стрелять в спину, мочить и мучить. Но Гласс, вопреки фамилии, не поддастся.

Алехандро Гонсалес Иньярриту после оскаровского успеха «Бердмэна» явно выписывает себе карт-бланш: «Выживший» каждым планом, каждой эпической панорамой оператора Эммануэля Любецки, каждым наградным закидоном Ди Каприо (руками ловит рыбу и потрошит ее зубами), каждым нахмуренным явлением Тома Харди напоминает, что его снял большой, амбициозный и заслуженный автор. Это грандиозное живописное полотно — в котором при этом подозрительно мало больших идей.

«Выживший», представьте себе, посвящен одному экстремальному опыту выживания. Для которого, по версии Иньярриту, не обойтись без силы духа и уязвленных отцовских чувств. Неудивительно, что оно временами смотрится самопародией.

Есть, конечно, определенная злая ирония в том, что в «Бердмэне» Иньярриту обрушивал весь арсенал своей товарищеской сатиры на авторов бездушных, ядовитых блокбастеров — комиксов, супергеройских фильмов. Потому что теперь он сам, на голубом глазу, с чрезмерным бюджетом, скандалами на площадке и мегаломанским съемочным процессом, снял фильм о, в сущности, супергерое, неубиваемом витязе в лошадиной шкуре, которому все нипочем всем назло. Что ж, остается пожалеть Ди Каприо — «Оскары» за супергеройские роли не дают, какими бы операторскими изысками те ни сопровождались.


Омерзительная восьмерка (реж. Квентин Тарантино, США)

Драма-вестерн, номинированная на Оскар в 2015 году. По заснеженному пейзажу американского Северо-Запада (который, как учат нас вестерны вроде «Великого молчания» или «Маккейба и миссис Миллер», был не менее диким, чем классический Запад), преодолевая жуткую метель, ковыляет дилижанс. Внутри – охотник за головами Джон Рут (Курт Рассел) и его свежая добыча, буйная убийца (Дженнифер Джейсон Ли), которая то и дело напрашивается на хук в нос. Рут направляется в городок Ред Рок, чтобы там сдать свою пленницу на повешение, – но снегопад усиливается, а дилижанс то и дело задерживают встречающиеся на ходу попутчики: сначала коллега Рута майор Уоррен (Сэмюэл Л. Джексон) с двумя трупами вместо багажа, затем – новый шериф Ред Рока по фамилии Мэнникс (Уолтон Гоггинс). Рут поворчит-поворчит, а все-таки возьмет обоих в компаньоны.

Увы, когда пурга загонит путников в отдаленную придорожную лавку – уже набитую другими недобитыми типажами жанра вестерн, Тарантино, рассказывающий здесь самый пространный и самый говорливый киноанекдот в карьере, начнет все очевиднее гнать пургу. Вестерн тут же обернется камерным, запертым в четырех стенах квазидетективом (один из восьмерых героев восьмого фильма Тарантино – не тот, за кого себя выдает), в равной степени вдохновленным Корбуччи, Агатой Кристи и «Нечто» Карпентера. Как может догадаться любой постоянный зритель Тарантино, все это закончится кровавой баней – но до нее придется продраться через бесконечные, на грани самопародии (а временами – и за ней) «фирменные» тарантиновские диалоги, которые, сколько бы ружей ни было в кадре, остаются главным оружием персонажей режиссера.


Голос улиц (реж. Феликс Гэри Грей, США)

Музыкально мощная, но чересчур политкорректная зарубежная драма о пути к успеху легенд гангста-рэпа N.W.A. «Лос-Анджелес, 1987 год», — для тех, кто по стрекоту полицейских вертолетов и традиционным гетто-пейзажам не узнал, сообщает начальный титр этого кино. Мелкий драгдилер Эрик Райт по кличке Eazy-E (Джейсон Митчелл), устав бегать от копов, решает вложиться в музыку — и дает товарищам по району, подростку-рифмоплету Айс Кьюбу (О'Ши Джексон-младший, сын рэпера) и талантливому диджею Дре (Кори Хоукинс), денег на студию. Стечение обстоятельств, остроумные тексты и пара полезных знакомств породят хит — альбом «Boyz-n-the-Hood», а затем и подлинную рэп-революцию.

Революционность созданной Кьюбом, Изи и Дре группы N.W.A. — не преувеличение: их радикальные, качовые хип-хоп-боевики стали первой классикой гангста-рэпа. Но вчерашних подростков из Комптона ждали не только миллионы продаж и толпы фанатов, но и внимание ФБР. Музыка N.W.A. была аудиоэквивалентом лос-анджелесских бунтов 1992 года (а в артикуляции требований — вроде «Fuck the Police» — их в чем-то даже вдохновила). Но в этом склонном к сентиментальности и скатывающемся в протяжную мелодраму о контрактных спорах фильме задетый группой нерв почти не звучит.

Ф. Гэри Грей покрывает историю N.W.A глянцем и показывает величие группы только тем фактом, что в кадре то и дело звучат ее песни. К тому же, похоже, стремятся и продюсеры — сами Дре и Кьюб, предстающие почти современными святыми (покойному Изи-И пороков и недостатков достается больше). И это в мире, в котором «Fuck the Police» — по-прежнему живой, актуальный слоган.


Шпионский мост (реж. Стивен Спилберг, США)

Стивен Спилберг мастерски играет на нервах времен холодной войны в триллере о судьбе одного адвоката-идеалиста. Фильм Стивена Спилберга воспевает дары цивилизации и цивилизованности, погружаясь в эпоху, которая и то, и другое вдруг поставила под угрозу. «Мост» выглядит сдержаннее обычных фильмов режиссера — даже недавнего философского «Линкольна» — что не мешает ему мастерски, на уровне Джона Ле Карре держать зрителя в напряжении.

Все начинается с блестящего, почти бессловесного вступления, в котором некий художник с вытянутым лицом (Марк Райлэнс), повозившись с холстом, выходит из своей бруклинской квартиры, направляется в парк, а там подбирает монетку, внутри которой окажется крошечный микродокумент. Мужчину зовут Рудольф Абель, он советский шпион — и уже через минуту к нему ворвутся федералы. Центральным персонажем этого фильма станет, впрочем, не он, а порядочный и настырный адвокат по имени Джеймс Донован (Том Хэнкс), который, рискуя безопасностью семьи, возьмется защищать жизнь Абеля из соображений профессионального долга и здравого смысла.

По правде говоря, начало фильма кажется немного, не в лучшем смысле, костнеровским. Кроме ярких панорам оператора Януша Камински, мало что здесь напоминает о том, что это кино снял Спилберг, отец современного массового кино и по-прежнему один из лучших его представителей. Все меняется, когда в кадре загорается американский самолет-разведчик, заставляя катапультироваться летчика по фамилии Пауэрс (Остин Стоуэлл). Тот окажется сначала в советской тюрьме, а затем станет пешкой в тайном обмене, который, как надеются в правительстве, Донован сможет организовать в разделенном стеной зимнем Берлине.

С этого момента начинается уже другое, более энергичное кино, переполненное словесными перепалками и обаянием Хэнкса в роли Донована, не теряющего чувства юмора, даже когда немецкие подростки крадут у него пальто («Шпионские штучки», — объясняет он пропажу). Сценарий остроумно выстраивает все более абсурдистские встречи героя с восточноевропейскими амбалами (чувствуется влияние переписывавших сценарий братьев Коэн). Да, «Шпионский мост» закончится на шпионском мосту, но даже эта буквальность не раздражает. Парадоксальным образом путь к душевной кульминации этой хладнокровной дипломатии оказывается самым хитроумным и зрелым для Спилберга со времен «Поймай меня, если сможешь».


В центре внимания (реж. Том Маккарти, США)

Настоящий – и шокирующий – детектив: репортеры The Boston Globe раскрывают масштабы педофилии в католической церкви.

В крупнейшем городском издании The Boston Globe провожают на пенсию главного редактора – в ход идут привычные шутки про золотой парашют и отношения начальников и подчиненных. Звучит и голос тревоги. Новый босс (Лив Шрайбер) мало того, что никогда не жил в Бостоне, он еще и, как позже заметит один из персонажей, «неженатый еврей, который ненавидит бейсбол» – что по меркам укорененного в католической традиции и любви к «Ред Сокс» мегаполиса приравнивается к кощунству. Первым делом новоиспеченный главред направит силы отдела специальных расследований на расследование сокрытия педофилии в местных католических приходах. Впрочем, масштабы беды не осознает даже он сам.   

Подобные, основанные на реальных событиях фильмы обычно заканчиваются титрами-справками о дальнейшей судьбе своих персонажей. «В центре внимания» без них тоже не обходится – но сообщает о результатах опубликованного в 2001-м расследования: на экране сменяются списки городов, где католическая церковь скрывала преступления священников-педофилов. Десятки топонимов следуют друг за другом, пока ты не осознаешь, что география замалчивания охватывает более-менее весь мир. Кровь стынет в жилах – далеко не в первый раз по ходу этого смелого, не щадящего ни церковь, ни власть, ни медиа фильма.

Судьба персонажей на самом деле интересна не меньше – но режиссер «В центре внимания» Том Маккарти осознанно наводит фокус своего фильма не на конкретных людей, а на систему, не на отдельные случаи педофилии, а на покрывавших их высших церковных чинов. Этот подход порой кажется поверхностным – звездам, занятым в ролях репортеров Globe (Майкл Китон, Марк Руффало, Рэйчел Макадамс), достаются одномерные, сосредоточенные исключительно на работе персонажи; так и подмывает представить, какими их показали бы Сидни Люмет или автор «Прослушки» Дэвид Саймон. С другой стороны, Маккарти можно понять – ограничивая себя в развитии персонажей и режиссерском стиле («В центре внимания» снят просто, неброско и функционально), он пытается избежать усложнения и без того сложной истории. Его основная задача здесь – понятно показать саму схему, которая сделала возможной многолетнее бездействие прекрасно знавших об изнасилованиях детей церкви и власти, а историю ее разоблачения – доходчивой. В этом смысле «В центре внимания» добивается своего – причем с перевыполнением плана: кино яростнее в 2015 году не снимали.


Трамбо (реж. Джей Роуч, США)

Байопик суперсценариста и жертвы маккартизма Далтона Трамбо заслуживал сценария пожестче.

«Папа, что такое коммунист?» — маленькая девочка на пони спрашивает своего знаменитого отца-сценариста. Приготовьтесь — таких обменов репликами будет немало в этом честном, хотя и очень уж мягкотелом байопике Далтона Трамбо, смутьяна и лауреата «Оскара», который попал в черный голливудский список. Брайан Крэнстон находил неочевидный, мощный юмор в учительской душе Уолтера Уайта из «Во все тяжкие», но здесь его подводит сценарий, который по большей части игнорирует легендарный тяжелый нрав сценариста «Спартака». «Трамбо» предпочитает более трудовую, духоподъемную интонацию: став персона нон грата, драматург вместо курьеров задействует своих детей, собирает сеть соратников и выигрывает еще два «Оскара» под чужой фамилией.

На периферии второго плана мелькают намеки на более интересное и острое кино: Майкл Штульбарг в роли актера Эдварда Дж. Робинсона, который сначала поддерживал Трамбо, а потом его сдал, Хелен Миррен в качестве знаменитой светской колумнистки Хедды Хоппер (фильму бы не помешала ее легендарная язвительность). Неужели это чересчур — требовать от кино о людях искусства хоть какого-то внимания к эго, которое часто движет подобными карьерами? Коммунист или нет, Трамбо всю жизнь источал завидное, на грани нарциссизма самолюбие. Режиссер Роуч со всей своей старательностью предпочел ему образ падшего ангела.


Прогулка (реж. Роберт Земекис, США)

Джозеф Гордон-Левитт проходит между башнями-близнецами в эффектной, но неровной драме Роберта Земекиса. В 1974-м француз Филипп Пети прошел по тросу, натянутому между верхушками башен-близнецов ВТЦ. Этот его подвиг был одновременно незаконным, смертельно опасным, комически абсурдным и — как хорошо показано в шикарной документалке 2008-го «Канатоходец» — вдохновленным причудливой жизненной философией Пети, космополита и нонконформиста. Воссоздавая преступный трюк для своей «Прогулки», режиссер Роберт Земекис отлично справляется с поднебесным экшеном, несколько хуже — с юмором (по крайней мере, намеренным), а вот подспудную магию «Канатоходца» и вовсе упускает напрочь.

К сумасбродному нраву «Прогулки» приходится какое-то время привыкать: фильм игриво наговорен Гордоном-Левиттом и кажется ориентированным прежде всего на детей, которые залипали над книжкой-раскраской Мордикая Герстина «Человек, прошедший между башен» — не случайно Земекис все 2000-е провел, снимая именно детское кино. Взрослым зрителям потребуется терпение, когда в сюжет войдет абсурдный Бен Кингсли в роли циркового импресарио. Когда же дело наконец доходит до Нью-Йорка и сбора команды для трюка с ВТЦ, Земекис прибегает к глуповатому травяному хиппи-юмору — хотя явно фильму бы лучше пошел более тонкий подход.

Но никто не сможет отрицать мастерство «Прогулки», когда Пети наконец заберется на высоту в 110 этажей. Именно здесь наконец вступает Земекис времен «Назад в будущее» — он с легкостью управляется с актерами, живописной операторской работой и 3D, передает ощущение опасности (страдающие боязнью высоты, будьте готовы) и ловко подводит фильм к эмоциональной кульминации, в которой Пети салютует развернувшемуся где-то внизу мегаполису. Как любой «авторский» байопик, «Прогулка» передергивает реальные события — например, после своего трюка Пети прыгнул в постель к случайной групи, а не отправился на праздничный ужин со своей скучной подругой Анни (Шарлотта Ле Бон). Но, к счастью, центральному эпизоду картины хватает безрассудной лихости и эффектности, чтобы оттенить скучную комедию, которая его окружает.


Вторая жизнь Уве (реж. Ханнес Холм, Швеция)

Это кино — изящная и грустная драма про любовь. Пожилой Уве (Лассгорд) – чистюля и умелец на все руки. Он все знает, все видит и ничего не забывает. Свои организованные дни Уве проводит в войне с неряхами-соседями, их невоспитанными собаками и прочими нарушителями общественного порядка… а также в попытках покончить с собой. В своей второй тайной жизни он тоскует по ушедшей любви и мечтает о воссоединении, но, перепробовав все средства (рельсы, петлю, таблетки), каждый раз чудом остается в живых – в обществе все тех же соседей и приблудного кота, которого все время собирается выгнать. «Вторая жизнь Уве» – экранизация знаменитого романа шведского писателя Фредерика Бакмана. 


Комната (реж. Леонард Абрахамсон, Ирландия)

Для девушки Джой и ее пятилетнего сына Джека комната, в которой они живут — это вся вселенная. Джой похитили, когда она была подростком, а Джек родился в этой комнате и ничего кроме нее не видел. Фильм ирландского режиссера Ленни Абрахамсона показывает два разных мира: мир взрослого человека и его адаптацию к происходящему, и мир ребенка, который гораздо быстрее приспосабливается к ситуации. Фильм получил Оскар за лучшую женскую роль.


Моя земля (реж. Мартин Зандвлиет, Дания)

Жестокое эхо Второй мировой. Май 1945-го, пятилетней оккупации Дании Германией настал капут. Но западное побережье страны все еще усеяно минами, установленными на случай высадки союзников. Военные решают провести разминирование руками пленных немцев – что, наверное, сомнительно с точки зрения мирового права, но чего только эти фрицы не натворили за 5 лет, пусть теперь разгребают. Проблема в том, что в распоряжение лютого сержанта Расмуссена прибывают мальчишки, рекрутированные издыхающей фашистской Германией со школьной скамьи.

12 августа 2016
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация