Москва
Москва
Петербург
Лучшие американские боевики

Лучшие американские боевики

Не только подростки любят смотреть на перестрелки, взрывы, погони и драки. Почти каждому зрителю импонирует идея сильного героя, который борется с несправедливостью и побеждает своих врагов. Экшен-фильмы стали набирать популярность в 80-е годы прошлого века и первенство в этом жанре кино традиционно удерживают китайские и американские боевики. Time Out представляет список лучших боевиков производства США, снятых за последние годы.

Обитель зла-3 (реж. Рассел Малкэй, 2007)

«На этот раз без компромиссов» — грозила афиша фильма, предлагая сразу же забыть о неудавшейся суматошной «Обители зла-2». И правильно: «Обитель Зла-3» — тот редкий случай, когда, выходя из зала после триквела, испытываешь не отвращение, а восторг. Второго фильма будто и не было: стальные глаза Йовович вновь сияют холодной ненавистью, и рука ее тверда, и жестокость ее безмерна. Да, «Обитель Зла-3» нашпигована бесчисленными аллюзиями на культовые фантастические боевики и ужастики — от «Птиц» Хичкока (сцена нападения стаи зомбифицированных ворон — лучшая в фильме) до «Чужих 4» — но ее создатели поняли, наконец, главное. Черт с ним, с сюжетом, мы хотим видеть лишь Миллу, только Миллу, и ничего, кроме Миллы. И здесь, действительно, никаких компромиссов. В предыдущей части слишком много времени уделяли ненужному: сентиментальным ответвлениям сюжета, очередному увлечению героини очередным брутальным мужчиной, и, что совсем уже непростительно, второй амазонке— Сиенне Гиллори.

На этот раз все чисто. Превращенная стараниями врачей-изуверов в управляемую машину для убийства, одинокая Эллис бродит по постапокалиптической пустыне вооруженная до чулок, в то время как злые гады из корпорации «Амбрелла» без устали клонируют ее в лаборатории с какими-то не совсем понятными, но, безусловно, темными целями. Поклонники, радуйтесь: милл йовович тут — легион.

Конечно же, в «Обители Зла-3» есть и другие герои — чудом уцелевшие после гибели цивилизации американцы, которые пытаются добраться в те далекие края, где еще не распространился зомбивирус «Т». Но режиссер Рассел Малкэхи, снявший когда-то великого «Горца», благоразумно превратил их в эпизодических персонажей, столь же необходимых для качественного боевика, как томатный сок — для коктейля «Кровавая Мэри».

И пусть финал картины кажется скорее обрывом пленки, чем логически продуманной кодой, пусть человечество уничтожено и никогда больше не возродится вновь — благодарный зритель получает в конце нечто большее, чем обычный слащавый хэппи-энд. Надежду на прекрасный Мир Будущего, в котором каждому желающему достанется по Милле Йовович, такой стремительной, такой прекрасной и такой беспощадной. Третья часть безусловно заслуживает войти в любой топ-100 лучших фильмов-боевиков, снятых в США.

 

Олдбой (реж. Спайк Ли , 2013)

Начало 1990-х. Рекламщик Джо Дусетт (Джош Бролин) должен бы идти домой — у дочки день рождения, и он даже купил ей подарок за три доллара. Но сначала Джо хочет накатить еще — впрочем, пока он будет ждать, когда знакомый владелец бара пустит его внутрь, у него в глазах потемнеет. Очнется рекламщик в запертой снаружи комнате без окон. Год за годом через щель в двери ему будут ежедневно просовывать фастфуд и бутылку водки — а через двадцать лет Дусетт вдруг проснется в чемодане посреди чистого поля, вылезет и начнет искать тех, кто его заточил.
 

От сравнений с оригиналом, великим «Олдбоем» Пака Чхан Ука, понятно, никуда не деться — слишком очевиден вопрос о том, нуждается ли фильм такого качества в ремейке. Что ж, сцена с выходом героя в коридор с молотком в руке на месте (и даже стала более развернутой!), а вот медитация первоисточника на тему эдипова комплекса исчезла — как и поедание живого осьминога. В остальном Спайк Ли более-менее верен оригиналу — более того, некоторые сцены заимствует у Пака чуть ли не покадрово; по-хорошему, его фильм — тот же «Олдбой», но переснятый для среднестатистического афроамериканца (Сэмюэл Л. Джексон с бритой налысо головой прилагается): то есть с хип-хопом за кадром, бодрым ритмом и кровавым ражем вместо по-буддистски горьких смыслов. Впрочем, еще лучше «Олдбой» Ли становится, если про оригинал не вспоминать — и обнаружить не самый великий, но бесконечно увлекательный фильм о том, что на некоторые вопросы ответов лучше не искать.

 

Джентльмен грабитель (реж. Тристан Паттерсон, 2014)

Джим Стерджесс играет в «Джентльмене грабителе», наверное, самого причудливого продавца мебели в истории Лос-Анджелеса. Эдди Додсон предпочитал подведению смет тусовки с моделями и кинозвездами — а поддерживал бурный лайфстайл с помощью ограблений: за пару лет в начале 1980-х он обчистил более 60 банков. И ни разу не потерял лица — режиссер Тристан Паттерсон ставит эту историю, как ретро-драму о времени, когда грабители слушали диско и строили глазки операционисткам.

 

Механик (реж. Саймон Уэст, 2010)

Артура Бишопа (Джейсон Стэтхэм) не зря так высоко ценят друзья и коллеги по работе. Бишоп умеет собрать первоклассный спортивный автомобиль в домашних луизианских условиях, но главный его навык куда более редкий и высокооплачиваемый. Собственно, Артур и механик-то ненастоящий: по основному роду занятий этот неразговорчивый малый состоит профессиональным киллером при какой-то загадочной организации — причем умеющим делать работу так, будто жертва умерла сама по себе, в результате аварии или, например, случайного столкновения с уличной бандой. Именно такую смерть (от пули безвестного автомобильного угонщика) Бишоп выбрал для своего наставника (Дональд Сазерленд): вышестоящее начальство заверило киллера, что старик продал своих.

 

Неудержимые (реж. Сильвестр Сталлоне, 2010)

Откомандированная в небольшую банановую республику группка ветеранов спецназа выясняет, что начальство (Брюс Уиллис) их подставило — работать надо против своего же парня (Эрик Робертс), отжавшего у Разведывательного Управления коакаиновый заводик.

Так что по окончании работы всех, видимо, пустят в расход. Здравый смысл подсказывает, что надо смываться, но романтические иллюзии самого нежного из солдат удачи (Сильвестр Сталлоне) заставляют головорезов вернуться и спасти женщину (Жизель Итие).

Появившиеся на свет только благодаря неожиданно неплохим сборам двух последних фильмов Сталлоне и задуманные как парад победы, «Неудержимые» оказываются скорее встречей одноклассников — тридцать лет спустя, cо всеми беспощадными деталями, свойственными такого рода мероприятиям. Половина не пришла, сославшись на занятость, Арни, Брюс и Микки забежали на минутку похвастаться прикидом и хорошей сохранностью, Дольф свалил через полчаса, всем было грустно, но каждый держался молодцом. Время безжалостно к самым крутым, и в боевых сценах даже Слаю приходится злоупотреблять неизбежным сегодня интенсивным монтажем (дедушка при этом проявляет здоровую рефлексию, время от времени хватаясь за сердце на манер Клинта Иствуда, уважаем).

Но здоровый идиотизм происходящего на экране окрашивает любой компромисс и недочет в крайне радужные тона. Там действительно творится какой-то праздник — Дольф Лундгрен постоянно бьется головой о низкие потолки, Дэвид Зайяс бросается на Эрика Робертса с шашкой наголо, в какой-то момент на муравейник вражеских солдат обрушивается президентский дворец, все горит синим пламенем, бьет пулемет, неутомим. Конечно есть соблазн упрекнуть Сталлоне в плохом вкусе и отсутствии сюжета — но судить художника надо лишь по тем законам, которые он сам над собой признает. И тут, конечно, СС совершает нечеловеческий прорыв — трудно даже предположить, через что пришлось пройти 64-летнему мужчине с татуажем, чтобы открыть для себя непростые конструктивистские ракурсы.

 

Неудержимые 2 (реж. Саймон Уэст, 2012)

Бригада потрепанных, но еще не растерявших боевой дух солдат удачи под руководством «первого среди равных», зататуированного ветерана Барни Росса (Сильвестр Сталлоне), впервые шагнула на экраны два года назад — и сразу же внесла сумятицу в ряды зрителей и критиков. То, за что Сталлоне и его команду превозносили одни, в глазах других низводило олдскульный лихой боевик до уровня самых низкопробных поделок класса Б. Сталлоне-режиссера попрекали и за сюжетную бессвязность (которая заметна в «Неудержимых», даже несмотря на примитивную до идиотизма интригу), и за мачистские шуточки, и за кровавый фарш, которым не брезговали специалисты по компьютерным эффектам. Но в то же время апологеты фильма до сих пор называют «Неудержимых» лучшим боевиком за последние лет двадцать и видят в нем подлинное чудо, последний поклон «настоящему кино» в мире бездушных голливудских блокбастеров. Несложно догадаться, что водораздел проходит не в области гендерной принадлежности смотрящих и даже не по их эстетическим предпочтениям. Все проще: для тех, чья юность прошла под скрип третьих и четвертых видеокопий с боевиков 80-х, увидеть в одном фильме Слая, Брюса, Арни и Дольфа всегда было пределом мечтаний; для остальных, очевидно, все перечисленные уже давно стали героями вчерашних дней, вышедшими в тираж. 

К счастью для тех, кому за 30, кассовых сборов на сиквел «Неудержимых» все-таки набралось. Правда, в новом фильме не будет Микки Рурка, как бы невзначай цитирующего Камю, а в режиссерском кресле теперь не сам Сталлоне, а Саймон Уэст («Воздушная тюрьма», «Лара Крофт. Расхитительница гробниц»). Зато полку последних киногероев существенно прибудет: здесь и Жан-Клод Ван Дамм, угрожающий всему миру пятью тоннами плутония, и непобедимый Чак Норрис, а роли Шварценеггера и Брюса Уиллиса, злого церэушника, мечтающего расквитаться с наемниками за невыполненный заказ, будут значительно расширены. Кроме того, кое-что во вторых «Неудержимых» припасено и для девочек: к команде неустрашимых киллеров на этот раз присоединятся китайская красавица Юй Нань и Лиам Хемсворт, недавно сыгравший в «Голодных играх». Что же касается сюжета, то он, как и раньше, вряд ли имеет значение: когда Джет Ли в прыжке раздает тумаки плохим парням, Стэтхэм метает ножи, а бывший губернатор Калифорнии, затянувшись сигарой, кричит: «Я вернулся!», сценаристы запросто могут брать внеочередной отпуск. Здесь и без них хорошо.

 

Начало (реж. Кристофер Нолан, 2010)

Серьезный, слегка всклокоченный мужчина Кобб (Леонардо ДиКаприо) зарабатывает на жизнь, похищая сокровенное из памяти важных людей. Кража осуществляется во сне. C помощью специального чемоданчика Кобб подключается к спящему объекту, встречается с ним в реальности сновидения и вскрывает воображаемый сейф, куда жертва рефлекторно запихнула все свои тайны. Жизнь Кобба тяжела — удрав из Штатов, он бродягой скитается по свету, cкучает по сыну c дочерью и каждый раз видит во сне покойную жену, злобную и опасную суку-предательницу (Марион Котийяр). Есть только один шанс вновь обнять детишек, которые подозрительно не растут — выполнить адской сложности работу для одного японского господина (Кен Ватанабе): внушить растерянному наследнику энергетической империи Роберту Фишеру (Киллиан Мерфи) желание развалить все, что создал его отец.

«Начало» — не новая «Матрица», Нолан — не Кубрик и не Орсон Уэллс, и его героям снится нормальный летний блокбастер с погонями (финальная неожиданно происходит на заснеженном альпийском склоне) и спецэффектами (самый крутой — отключение гравитации, когда персонажам наконец-то выпадает возможность полетать во сне; правда, делают они это с видимым неудовольствием). Но все это — к лучшему: периодически всплывающая из глубин бессознательного Котийяр обнаруживает поразительное сходство с героиней Рэйчел Уайз из печально известного фильма Даррена Аронофски про древо жизни (как известно, сперва его должен был снимать Нолан); очевидно, что дай режиссер волю своему внутреннему автору, у него-таки получился бы «Фонтан».

 

Шерлок Холмс (реж. Гай Ричи, 2009)

Холмс (Роберт Дауни-мл.) с Ватсоном (Джуд Лоу) поймали Джека Потрошителя или типа того (им оказался лорд Блэквуд, порезавший пять прекрасных девушек в смутных сатанинских целях), и, пока лорда готовили к казни, сыщик загрустил.

Две недели сидел впотьмах в халате, накачивал свою бульдожку анестетиками и выписывал на обоях инициалы королевы, паля в стену из револьвера. Не мылся, не стерилизовал шприц, не брался за скрипку. К счастью, повешенный лорд восстал из мертвых и, перепугав кладбищенского сторожа, вышел в город. Готовятся новые убийства — и Холмс снова бодр и при деле. Хотя его немного огорчает предстоящая женитьба друга Ватсона.

Главная цель постановки нового фильма о Шерлоке (не считая продакт-плейсмента принадлежащего Гаю Ритчи мажорского паба Punchbowl, закрытия которого вдруг стала требовать лондонская общественность) — возродить угасший интерес к национальному достоянию. Клетчатое кепи, бесформенный макинтош, узкое лицо зануды-кокаиниста — все это было так немодно, несовременно, несмешно. Сейчас — другое дело. Парочка с Бейкер-стрит одета, простите за каламбур, как денди, и постоянная смена твидовых нарядов — важный спецэффект, не слабее нарисованных в CGI доков. В жизни Холмса много экшена, но сцены драк, слава богу, не нарезаны в лапшу, напротив, старательные рапиды и повторы создают впечатление учебного пособия по кулачному бою. Имеется и неизбежная романтика — мало того что Ватсон помолвлен с приятной во всех отношениях леди, так еще и к Холмсу прилагается дама в багровом — Ирен Адлер (Рейчел Макадамс), авантюристка международного класса. А музейное количество еврейской параферналии в отделе реквизита звучит гулким эхом развода Гая Ритчи с каббалисткой Мадонной: наличие у какого-нибудь персонажа вырванной странички из «Зоар» означает тут только одно — скоро герою придет страшный конец. Заклинания на иврите перемешаны с пентаграммами и змеями, Апокалипсис — с сефиротами, а черная магия — с фармакологическими экспериментами. С музыкой тоже творится какая-то чертовщина: каждый выход Холмса врукопашную озвучен джигой, которая плавно переходит в клезмер, стоит только мадам Адлер появиться в кадре. Все без задней мысли, но очень смешно и не напряжно.

Приятно еще, что при всей своей невозможной безудержности — какие масоны? при чем тут каббала? что за бредовые идеи о реколонизации Штатов выдвигает нехороший Блэквуд? — сюжет фильма четко придерживается придуманного Конан Дойлем стандарта: мистика и чертовщина въедливо развенчиваются методами лженауки (писатель и сам часто передергивал факты). Несколько неожиданно, конечно, услышать акцент на романтическую линию, но, с другой стороны, не будь этих двух женщин, история неизбежно превратилась бы в гомоэротический боевик. О, эти взгляды, которые Холмс бросает на пакующего чемодан доктора!

 

Шерлок Холмс: Игра теней (реж. Гай Ричи, 2011)

На Бейкер-стрит 221Б пришло время перемен. Ватсон (Джуд Лоу) съехал с вещами к невесте и вот-вот женится. К Холмсу (Роберт Дауни-мл.) благодаря Ирэн Адлер попадает письмо из корреспонденции континентальных леваков — из которого ясно лишь, что некие силы начинают расшатывать геополитическую обстановку в пока еще мирной Европе. Чтобы догадаться, что это за силы, детективу даже не придется включать дедукцию — письмо перехвачено из-под носа наконец вышедшего из тени профессора Мориарти (Джаред Харрис). И тот, конечно, будет мстить — первой, якобы от туберкулеза, падет Адлер. Холмс, Ватсон и его будущая супруга — на очереди. После этой, укладывающейся в 10 минут экранного времени завязки второй гай-ритчиевский «Шерлок» понесется вперед стремительным бронепоездом. Через сеансы легкой травестии и перестрелки с участием тяжелой артиллерии, милитаристские интриги, дипломатические саммиты и ударный выход Стивена Фрая в роли Майкрофта Холмса — к неожиданно аутентичной конан-дойловской развязке. Неожиданно — потому что о Конан Дойле здесь снова мало что напоминает. Как и первая часть, это «Холмс», облагороженный кунг-фу, рапидами и остротами (не без специфического подтекста — основным источником комического здесь служит крепкая мужская дружба). Ритчи вновь пускает в ход давно отработанные приемчики — гонит героев в цыганский табор, не без сладострастия заставляет их мериться стрелковым оружием, даже приглашает на арену нового Бориса-бритву. Тем убедительнее то, что «Игра теней» оказывается не столько бурлеском по заявкам, сколько попыткой улучшить рецептуру. Ведь если масонские мотивы это, как ни крути, последнее прибежище нерадивого сценариста, то стремительно вооружающаяся перед грядущей бойней Европа — куда более подходящая (и злободневная не только для рубежа XIX и XX веков) точка приложения талантов любого нормального гения дзюдо, дедукции и творческого переодевания.

 

Темный рыцарь: Возрождение легенды (реж. Кристофер Нолан, 2012)

План, придуманный в финале «Темного рыцаря» Бэтменом (Кристиан Бэйл) и инспектором Гордоном (Гари Олдман), сработал: благодаря антикриминальному «акту Харви Дента» организованная преступность в Готэме фактически сошла на нет. Правда, Бэтмену, взявшему на себя ответственность за убийство двуликого прокурора, пришлось надолго исчезнуть из родного города, а Гордон и вовсе оказался не у дел — ведь война с преступниками закончилась. Увы, спустя восемь лет Брюсу Уэйну снова придется напялить на себя резиновый костюм и оседлать бэтмобиль: и причиной тому станет не только похищение из его особняка фамильных драгоценностей, осуществленное дерзкой воровкой Селиной Кайл (Энн Хэтэуэй), но и появление в городе террориста Бэйна (Том Харди) — настоящего чудовища в маске, грозящего уничтожить Готэм и его жителей при помощи созданного самим же Уэйном термоядерного реактора.

В свое время Кристофер Нолан буквально разорвал кинопрокат своим «Черным рыцарем» — монументальным прочтением бэтменовской истории с особенно выразительным соло ныне покойного Хита Леджера в роли Джокера. Многие тогда приняли перезапуск франшизы за спасение жанра кинокомикса. Прошло несколько лет, и стало очевидно, что жанр как был, так и остался жанром (достаточно посмотреть на «Мстителей»), а вот Нолану предстояло во второй раз повторить тот же трюк — снять о приключениях человека-летучей мыши фантастический, но максимально приближенный к реальности боевик о борьбе с терроризмом — а заодно увязать в единое целое сюжетные линии предыдущих серий. С поставленными задачами Нолан и его команда справляются: «Возрождение легенды» начинается с абсурдного, но от того не менее эффектного похищения в воздухе и продолжается в том же духе: и если к сценарию здесь можно предъявлять претензии, то стрельбы, взрывов и прочих масштабных неприятностей хватило бы и на добротный военный сериал. Находят свое место в «Возрождении легенды» и уже подзабытые персонажи: заточенный в азиатскую темницу Брюс Уэйн видит в галлюцинациях своего наставника Ра’с аль Гула, Селина Кайл рассекает по улицам в сдвинутых на затылок очках, похожих на кошачьи ушки, а суд в городе, захваченном террористами, вершит свихнувшийся психиатр по кличке Пугало.

Нолан снимает кинокомикс с толстовским размахом — и можно сколько угодно спорить о правильности такого подхода («Возрождению легенды», конечно, не хватает легкости и ироничной глумливости бертоновских экранизаций), но глупо отрицать, что режиссер берет заявленный вес. Да, это массивное, порой затянутое, чересчур серьезное кино, но оно не провисает под тяжестью своих амбиций и среди прочего, например, доказывает, что современный блокбастер не обязательно должен быть смонтирован в ураганно-тошнотворном ритме. Монтаж «Темного рыцаря» размеренный, сцены драк не кажутся суматошными. В сущности Нолан проворачивает сомнительный, но довольно ловкий трюк — раздутый, мегаломанский жанр летнего кино он приравнивает к опере. Редкий случай, когда работающий с двухсотмиллионным бюджетом режиссер не опускается до уровня публики, а напротив, приучает ее к развлечениям не для всех.

11 июля 2016
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация