Брайан Крэнстон: «Я хотел стать полицейским, но девушки привели меня в кино»

Его прославила роль варщика метамфетаминов и убийцы поневоле в сериале «Во все тяжкие». Теперь, когда Брайан Крэнстон играет главные роли в кино и номинируется на «Оскар» (за фильм «Трамбо»), он уверяет Time Out, что в реальной жизни быть хорошим парнем удобнее и выгоднее.

«Не волнуйтесь. Ничего плохого я вам не сделаю», — перед началом интервью Брайан Крэнстон в шутку заговаривает со мной низким голосом драгдилера Уолтера Уайта. Хочется спрятаться за занавеску. На самом деле у Крэнстона репутация одного из милейших людей в шоу-бизнесе. Это интервью случилось до того, как актер получил свою первую в жизни номинацию на «Оскар» за роль легендарного голливудского сценариста Далтона Трамбо, который был отлучен от профессии и отсидел 11 месяцев за свои коммунистические убеждения, но умудрился под псевдонимом получить два «Оскара».

Брайан, «Во все тяжкие» вас прославил, когда вам уже было за 50. Как думаете, если бы вы стали звездой раньше, вы, как многие из нынешних молодых знаменитостей, пустились бы «во все тяжкие»?

Слава меня никогда не интересовала. Я всего лишь хотел быть хорошим и востребованным актером. Известность, конечно, делает твою жизнь проще. Но я согласен, что слава должна приходить, когда ты уже наработался на тяжелой неблагодарной работе и знаешь, как тяжело достаются деньги.

Какая из ваших работ была самой жуткой?

Одно время я работал грузчиком на цементном заводе, и меня окружали люди, которые со мной, молодым тогда парнем, не церемонились. На такой работе легко потерять душу, если тщательно ее не оберегать.

Насколько я знаю, ваши родители тоже актеры. Какого черта тогда вы захотели повторить их путь?

Из-за девчонок! Я не планировал стать актером, хотел пойти в полицейские. Но в колледже я проходил актерский курс, и преподаватель мне сказал: «Вот скамейка, вот девушка, ваша задача — целоваться с ней». Я чуть с ума не сошел от радости.


«Я больше не хочу работать над проектами, где все бегают нервные, а режиссер — склочный тиран»

Ваши родители развелись, когда вы были подростком. Тяжело вам дался их развод?

Моя жизнь полностью изменилась. Я с братом переехал жить к бабушке и дедушке. Своего отца я не видел после развода десять или одиннадцать лет. Мама стала алкоголичкой. Представьте: вам 13-14 лет, вы растете без отца, мать пьет как рыба. Что делать в такой ситуации? У тебя нет жизненного опыта, который помог бы пережить эти проблемы. Поэтому я сделал то, что обычно делают дети, — замкнулся в себе.

Зато сейчас у вас все прекрасно. Вам наверняка присылают кучу интересных сценариев. Почему вы выбрали «Трамбо»?

Потому что он интересный персонаж — оригинал, человек широких жестов. Большой человек, огромное эго. Но при этом очень человечный.

Он еще больше всего любил писать, сидя в ванне с бутылкой виски и печатной машинкой. Я знаю, что вы тоже пишете. Где вам работается лучше всего?

В удобном кресле. В последнее время, правда, мне разонравилось работать в кофейнях и вообще публичных местах. Все-таки лучше всего пишется в одиночестве.

Вам неприятно, когда вас узнают?

Я уже привык. В конце концов, моя физиономия постоянно появляется на миллионах экранов, я понимаю, что это часть профессии. Зато сколько возможностей!

Вы говорили, что на съемках «Во все тяжкие» была очень дружественная атмосфера. Она не мешала работать над сериалом про убийства и варку наркотиков?

А вы разве не предпочитаете работать с приятными, вежливыми людьми? Я — да. Мне теперь предлагают главные роли в кино и на телевидении, и вот я подумал, что раз могу выбирать, то почему бы мне не работать в нормальной, спокойной среде? Я столько поработал над проектами, где все бегали нервные и думали только о том, чтобы звезда была счастлива или чтобы режиссер не оказался склочным тираном! Я больше такого не хочу. Пусть драма остается на экране.