Сирша Ронан: «На “Оскаре” не кормят»

Звезда «Бруклина» и номинантка на «Оскар», как и ее героиня, разрывается между Ирландией и Нью-Йорком в эксклюзивном интервью Time Out.

Вы видели Сиршу в кино много раз – в «Отеле Гранд Будапешт», «Искуплении» (первая ее номинация на «Оскар» в 13-летнем возрасте), «Ханне: совершенном оружии», «Милых костях» и «Гостье». Номинация на «Оскар» за «Бруклин», проникновенную эмигрантскую мелодраму об Америке 1950-х, которая идет в российском прокате, вторая в карьере 21-летней Ронан. Сейчас она выбирает платье, в котором отправится на красную дорожку, готовится к участию в бродвейской постановке и дебютном режиссерском фильме всеобщей любимицы, актрисы Греты Гервиг – и осваивается в Нью-Йорке, куда недавно переехала. Совсем как героиня «Бруклина» – еще одна юная мечтательница в большом городе.

Вас не ошарашил успех «Бруклина»? Восторженные отзывы, три номинации на «Оскар»…

Я вообще его не ждала, потому что это же ирландский фильм. Да еще и с ирландскими актерами. Только когда мы начали его показывать, стало понятно, что история вообще-то универсальная и ее понимают все.

Вы гордитесь тем, что вы ирландская актриса?

Еще как. Я невероятно горда, что ирландская киноиндустрия на подъеме, и такие фильмы, как «Бруклин» и «Комната», замечают. В последние годы выходило немало фильмов об Ирландии, но сделанных в Голливуде. И Ирландия в них какая-то двухмерная и глянцевая.

Взгляд со стороны.

Да, обычно в таком кино все живут на ферме и еще разговаривают со смешными акцентами, будто лепреконы. Все персонажи такие жизнерадостные, такие воздушно-волшебные. В реальности все не так. Особенно в Дублине – это по-настоящему жесткий город. Прекрасный – но драмы в нем хватает. Люди любят такие фильмы, как «Обязательства», «Моя левая нога» или «Во имя отца», а они вовсе не только о неурожае картошки повествуют. Эта страна полна невероятных историй, а ирландцы – замечательные люди. Мы только начинаем набираться смелости, чтобы сказать: «Мы будем делать то, что хотим, что-то честное о нас самих».


«Когда рядом кинокамера, она становится единственным, кому ты можешь доверять»

Вообще «Бруклин» подкупает тем, что во многом напоминает немое кино – заставляет нас вглядываться в лица и считывать эмоции по ним, а не по строчкам диалога.

Мне всегда нравилось в кино говорить как можно меньше. Я постоянно пытаюсь обрезать реплику-другую или убеждаю всех вокруг: «Нам не нужно столько слов, чтобы вызвать у зрителей эмоции».

Многие актеры ваш подход бы не разделили. Когда вы научились доверять собственной мимике и физиогномике как средствам рассказчика?

Довольно рано. Помню, как жаловалась маме: «Мам, волнуюсь! Пытаюсь понять, как сыграть эту сцену, и не знаю, есть ли мне что сказать». А мама ответила: «Тебе не нужны слова, чтобы рассказать историю». То, что сказала мне тогда мама, засело где-то глубоко в подсознании. Возможно это прозвучит глупо, но когда рядом кинокамера, она становится единственным, кому ты можешь доверять. Ты знаешь, что камера будет рядом, что она всмотрится в тебя и выслушает, что она уловит все, что ты бы ни сделал и ни сказал.

Ваша мама актриса?

Нет, мой папа актер. А мама – единственный нормальный человек в семье.

Но она дала вам отличный совет. Как важно для вас рассказывать настоящие, честные истории о женщинах?

Я не иду на съемочную площадку, боже упаси, с политической повесткой на уме. Но, кажется, Эмма Томпсон мне как-то сказала, что если я хочу играть нормальных людей, мне придется жить обычной жизнью.

Кадр из фильма «Бруклин»


Многим зрителям «Бруклина» нравится, что это история женщины, которая учится быть собой, делать собственный выбор. Такие роли, как Эйлиш, – редкость?

Да. Конечно. Но я не хочу навешивать на фильм ярлыки. Мужчинам он нравится не меньше, чем женщинам.

Меня в этот ряд тоже запишите.

Я как актриса такие роли особенно ценю. Я абсолютно убеждена, что нам нужно большее разнообразие историй, тогда будет и намного больше подходов к тому, как снимать кино. Восхищаюсь тем, что делают в комедийном жанре Лена Данэм, Тина Фей, Эми Полер, Эми Шумер. Они просто жгут! Настоящие мастера своего дела и хозяйки своей актерской судьбы.

Вас номинировали на «Оскар» в 13-летнем возрасте – и теперь, спустя восемь лет. В чем разница между той номинацией и нынешней?

Кажется, попасть в номинанты стало еще сложнее (смеется). Тем больше ценишь внимание к своей работе. Смешно, что в прошлый раз я тоже была в одной категории с Кейт Бланшетт. Мы все делаем вместе! Ну и да, восемь лет назад мама была против того, чтобы я выиграла «Оскар».

Хотела вас уберечь?

Ага. Ну и еще из-за папы. Она за их совместную жизнь навидалась актеров, которые работали, не покладая рук, но не получали никакого признания. Только после того, как ты много лет трудишься в профессии, начинаешь ценить выражения признания.

«Для многих, наверное, Нью-Йорк так и не становится домом, они его не понимают – но я с такими людьми, если что, не разговариваю»

Но в 13 лет вы не расстроились из-за того, что награду получила другая актриса?

Совсем нет – хотя бы потому, что знала: у меня нет шансов. Честно говоря, когда дошли до моей номинации, я уже с голоду умирала (смеется). На «Оскаре» не кормят! А церемония идет три часа с лишним. Для нас все было впервые, и мы не подготовились. В этот раз я заранее съем бургер или еще что-нибудь сытное. А то в прошлый раз мы только и думали: «Ага, прекрасно, Тильда Суинтон идет за статуэткой. Можно я куда-нибудь сбегаю за бургером и картошкой фри?»


Вы недавно переехали в Нью-Йорк.

Да, но я же родилась в Нью-Йорке.

Да, вы тут как-то назвали себя Сиршей из Бронкса.

Сирша с района, как Джей Ло.

Но вы уехали в Ирландию в трехлетнем возрасте.

Уехала? Увезли! (смеется)

Чем вам нравится Нью-Йорк?

Здесь очень осязаемый, кожей ощутимый драйв. И я чувствую, что все люди, которые окружают меня на улице, хоть в чем-то меня понимают, у нас есть что-то общее – в Нью-Йорке же все откуда-то приехали, коренных жителей очень мало.

«Бруклин» как раз об этом. Это город переселенцев. Все приезжают сюда, на новое место, и не сразу ощущают его своим домом.


Да, это хорошее описание. Ты приезжаешь сюда, не осознавая, что едешь домой. Для многих, наверное, Нью-Йорк так и не становится домом, они его не понимают – но я с такими людьми, если что, не разговариваю (смеется). Вообще я никогда не мечтала и не хотела с детства быть звездой, которая, да, очень много работает, но по сути ей все подносят на блюдечке. Я хотела пожить нормальной, настоящей жизнью человека, который ненавидит платить по счетам, ненавидит стирать и убирать за собой, но делает это, потому что выбора нет. Здорово иметь возможность выйти на улицу, посидеть в баре, выпить, сидя плечом к плечу с юристом. Или с таксистом.

Вас Нью-Йорк не сбил поначалу с ног?

Я всегда хотела здесь оказаться, но еще не так давно не была бы к этому готова. К счастью, в 19 лет я сделала первый шаг – поселилась в Лондоне. Вот тогда я была ошеломлена, конечно. Ты одинок, пытаешься понять, что же ты делаешь со своей жизнью. Помню, как в первую неделю там сидела дома одна на диване и захотела есть. Думаю: «Так, пора скоро ужинать». И тут меня осеняет – мне же самой придется ужин готовить. Самой идти в супермаркет за едой! (смеется)

В Нью-Йорке если и есть что безусловно хорошее, так это доставка еды.

Теперь я знаю, чего ждать. Спасибо за совет.

Спецпроект

Загружается, подождите ...