Москва
Москва
Петербург
Брось свою работу, стань…

Брось свою работу, стань…

… экоактивистом, тренером по йоге, специалистом по развитию подростков. Герои Time Out рассказали, как бросили работу ради мечты и не пожалели.

Михаил Мордасов

До 26 лет работал в продажах, теперь помогает подросткам выбрать профессию.

Я совершил первую продажу еще в семь лет. У мамы был магазин на ВДНХ, они продавали там все подряд – очки, меха, купальники, как обычно в 90-е годы. Она меня брала с собой на работу, и я всем подсказывал, что им идет. И одна девушка в благодарность оставила мне 20 долларов. С продажами я был связан всегда: в 17 лет работал продавцом в магазине одежды, потом стал администратором в игровых автоматах, а после этого получил юридическое образование и понял, что хватит заниматься ерундой и надо идти работать юристом. Но там я просидел всего три месяца, меня быстро перевели в отдел развития, где я занимался продажей юридических услуг и маркетингом. Через три года я начал продавать маркетинг в SPN Communications. И через три с половиной года работы там я понял, что мне не хочется больше заниматься коммуникационными услугами, а хочется делать что-то хорошее. Тут еще повлияла книжка «Атлант расправил плечи», где постоянно говорилось, что нужно созидать, а не фигней страдать.

И я подумал: «А я что делаю? Продаю коммуникационные услуги – ну, какая-то ерунда». И тут мне попалась конференция по маркетингу и продажам, в конце которой была большая сессия. На ней предприниматели рассуждали о судьбе России в ближайшие 20 лет. И они все такие умные и важные говорили, что же будет с Россией, а в конце один из них встал и сказал: «Вы понимаете, что нам с вами уже по 50-60 лет, а судьбу бизнеса будем вершить не мы? Те умные вещи, которые мы сейчас обсуждаем, надо доносить до школьников». И эта фраза в меня очень запала, я начал думать, что же мне делать. Плюс этот дурацкий «Атлант», который сел мне на плечи и говорил: «Делай что-нибудь хорошее».

Я точно знал, что нужно делать что-то образовательное для подростков, но не понимал, как мне с моим бэкграундом продавца и маркетолога, который ни разу с детьми-то не общался, все это осуществить. Я ходил месяцев восемь и думал об этом, потом мне пришла в голову идея, что нужно просто все софт-скиллы, которые важны для взрослых, начать доносить до подростков. Все как-то вместе собралось, я рассказал двум своим коллегам, они ответили: «Отличная идея, давай пробовать». И в ноябре 2012 года мы начали работать, провели первый тренинг в феврале 2013-го, в апреле зарегистрировали компанию Smart Course, а в июле того же года я уволился и с тех пор занимаюсь только развитием подростков.

Моя профессия называется «генеральный директор», но так как компания маленькая, я делаю все: от курьерских услуг до выступлений на мотивационных мастер-классах. Раньше у меня все было максимально стабильно, я зарабатывал хорошие деньги, было ощущение защищенности и спокойствия. Я выполнял свою функцию и никогда не переживал за все остальные циклы, за которые теперь приходится переживать: финансы, юридические вопросы, логистика, подбор персонала.

Когда я только уволился с наемной работы, была эйфория, казалось, что теперь я, наконец, могу делать все, что хочу. Это ощущение прошло месяца через три, когда я столкнулся со всеми проблемами, которые есть у предпринимателей, и вообще не понимал, что с ними делать.

Когда я продавал, я знал, что помогаю компании, которая и так себя хорошо чувствует, был маленьким элементом в большой системе. А сейчас у меня близкий контакт с потребителем, и я знаю, что мое слово может повлиять на жизнь ребенка. Есть много организационных вопросов, с которыми приходится справляться, но когда видишь результат, благодарности от родителей, понимаешь, для чего работаешь.

Первоначально мои доходы очень сильно упали – первые два года были максимально нестабильными за всю мою рабочую карьеру. Только ты подумаешь, что все хорошо и все налаживается, как ситуация меняется, и приходится придумывать новую стратегию, чтобы хоть чуть-чуть вернуть деньги. Первые полгода мы работали в минус, потом хотя бы это стало окупаться, а сейчас, к счастью, все почти так же стабильно, как на моей работе по найму.

Наверное, нельзя назвать единственную причину, почему, когда было тяжело, я не вернулся в офис. У меня есть команда, которая подбадривала меня. И каждый раз, когда начинает возникать ощущение, что все идет сильно не так, появляется какой-то важный проект. Мы уже знаем: если плохо, значит, скоро будет очень хорошо.

Наше основное направление – это осознанный выбор профессии. На своей площадке мы проводим платные курсы, на которые родители приводят своих детей. Мы сначала запустили несколько курсов, но вскоре решили, что профориентация – это самое важное и болезненное. Второй сегмент – бизнес, когда большая компания хочет сделать что-то полезное для детей сотрудников. Также мы работаем с некоммерческими организациями, государственными органами и школами. На все наши программы всегда есть бесплатные места для тех, у кого нет возможности заплатить.

 

Татьяна Честина

В 28 лет променяла работу в офисе на эко-активизм и научилась зарабатывать на этом деньги.

В Москву я приехала в 2008 году, меня позвали работать в благотворительную программу Intel «Обучение для будущего», где я была координатором. Мы работали с учителями по всей стране, учили их пользоваться IT-технологиями и говорили с ними о прогрессивных методах обучения. Я проработала там почти три года, мне было интересно, но я чувствовала, что для того, чтобы заниматься этим, мне приходилось прикладывать усилия.

С первого курса, еще живя в Иркутске, я занималась волонтерской работой, и как раз там экологические идеи меня и вдохновили. Мы делали околоэкологические проекты, я начала сортировать отходы, носить экосумку. И когда я переехала в Москву и начала работать, мне все время этого не хватало, экотема меня преследовала. Параллельно с работой начала делать волонтерские акции по сбору макулатуры. Мы с единомышленниками по вечерам использовали для встреч офис – там сидели бабушки-консьержки, которые все время ругались, что я вожу толпы странных людей. У меня в какой-то момент началась немножко шизофреническая двойная жизнь, потому что я работала в офисе, а по выходным и вечерам занималась эко-активизмом. Я поняла, что больше не могу сидеть на двух стульях, и ушла в движение ЭКА. Тогда деятельность ЭКА финансировал президент компании Faberlic, он был также одним из основателей движения.

У нас был такой свободный, творческий режим. В офисной работе было много рутины, которая меня утомляла. Когда я перешла в ЭКА, там было столько же рутины, но она меня совсем не утомляла, потому что это было частью большого важного дела. Я начала понимать смысл каждого своего действия.

Примерно год назад, когда случился кризис, меценат прекратил финансировать движение (да и пришло время выходить в самостоятельное плавание). То есть у нас было любимое дело, но мы встали перед выбором: пойти снова работать в офис или остаться на свой страх и риск и попробовать стать социальными предпринимателями.

Мы с командой решили идти дальше, придумали зеленое агентство «Велес», которое осуществляло те же экологические проекты, но уже при поддержке бизнеса. Мы делали большой образовательный экопроект с «МТС», проводили экологические уроки для 10 тысяч учителей. Мы продолжали делать то же самое, что и раньше, но нашли способ привлекать финансы и зарабатывать. У нас был большой проект с компанией PepsiCo, связанный с водосбережением. Важно оговориться, что у нас есть ограничения в выборе партнеров – мы не работаем с ресурсодобывающими, атомными компаниями, теми, кто наносит природе непоправимый вред.

Мы сейчас делаем проекты, которые интересны бизнесу, потому что сейчас многие компании осознают свою социальную ответственность, у них есть отдельные департаменты, которые за это отвечают. В то же время мы продолжаем развивать проекты, которые бизнесу неинтересны – просто перенаправляем деньги из прибыльных проектов в общественные.

Мы все время находимся в состоянии «волка ноги кормят», у меня нет никаких гарантий, никто не знает, будет ли новый проект завтра. Но это супер-драйв, это больше работы, исчезает понятие «нормированный рабочий день». Это такой вызов. Главное, что ты делаешь то, что просит твоя душа. Я сейчас понимаю, что занятие экологическими историями – это то, в чем я себя вижу ближайшие 20 лет.

Ты начинаешь с волонтерства и, дойдя до какой-то точки, понимаешь, что пора заниматься этим профессионально. И сразу встает вопрос: где взять время и ресурсы? Поэтому наша концепция – стать частью экономики, создавать ценность, спрос, оказывать качественные услуги. Мы как часть экосообщества занимаемся проблемами, с которыми не справляется государство. И объясняем людям, почему общество и бизнес должны участвовать в их решении.

 

Дарья Шелестова

В 22 года бросила офисную работу, выучилась на тренера по йоге.

У меня вся жизнь была посвящена спорту, я занималась спортивными бальными танцами 15 лет. Я никогда долго в Москве не сидела, регулярно выезжала на турниры, соревнования. После того, как получила мастера спорта, появилась усталость, показалось, что здесь я всего добилась. Решила, что пришло время что-то поменять. У меня было высшее образование – я закончила РГГУ по специальности «Связи с общественностью» и решила заняться этим. На год я оказалось в офисе с четким графиком, что для меня было очень необычно. Поначалу, как все новое, меня это вдохновляло, но когда это превратилось в рутину, мне стало казаться, что я перестала приносить пользу, исчерпала все свои ресурсы и надо идти дальше.

В тот момент я начала заниматься йогой – просто так, без умысла. В то же время я чувствовала неудовлетворенность своей жизнью. Я понимаю, что для многих офис – это место, в котором человек может развиваться, и я ни в коем случае не хочу сказать, что это неверный путь, просто не мой. Но в современном мире все ускорилось до каких-то невероятных масштабов, и жизнь стала гораздо быстрее. И человек уже не сидит по 20 лет на одном месте, он хочет раскрывать в себе новые стороны, потому что потенциал человека безграничен. Я решилась на отчаянный шаг и в один прекрасный день забронировала билет в один конец в Индонезию. Сделав это, начала развязывать узлы в Москве, готовить семью к тому, что я могу уехать на длительный срок. Родители у меня достаточно консервативные, они сначала не понимали, что можно вот так резко поменять свою жизнь, очень боялись и пытались меня запугать. «Будешь сидеть на пальме с кокосом», – любила говорить моя бабушка.

Я начала жестко ограничивать свои траты: экономила, вела бюджет, записывала каждую покупку – в основном деньги уходили на еду и развлечения. Я начала готовить дома и носить еду с собой, продолжала заниматься йогой, изменила пищевые пристрастия, отказалась от мяса и алкоголя. Я не прилагала к этому каких-то невероятных усилий. Соответственно, появилось свободное время и ресурсы. И я тратила это время на то, чтобы составлять маршруты, искать интересные места, людей, которые могли бы мне подсказать или помочь.

Чтобы не сдаться, нужна мотивация и сильное желание. А сильное желание у меня появилось от неудовлетворенности. Мне казалось, что лучший путь – с корнем вырвать все, что было, и попробовать все заново. Занятия йогой меня поддерживали, мне было все интереснее и интереснее. Три месяца я не вылезала из зала, поняла, что йога – это не просто физические упражнения, но и саморазвитие, самопознание. Увлекательный процесс – ты понимаешь свои ограничения, слышишь свои мысли, понимаешь, что ты не есть ни твои мысли, ни твое тело. Вскрывались разные аспекты из прошлого – привязки, сожаления, очень много я проработала своих барьеров, блоков и зажимов. Потом я уехала в Малайзию, Таиланд, а через полгода вернулась в Москву с твердым намерением преподавать йогу. Опыт преподавания у меня был еще с танцев, мне нравилось учить.

Я с отличием закончила курсы преподавателей, и мне сразу поступило предложение поработать в одной из московских студий. На первом этапе работала на износ – по 15 занятий в неделю, хотелось помочь всем. Когда я вернулась из путешествия, у меня ничего не было. Но очень важно понимать, что если сейчас ты на нуле, то это не навсегда. Доверие должно быть к жизни. Да, были моменты, когда денег хватало на одну поездку на метро. Но я ехала на занятия, получала что-то там, а потом колесо раскручивалось.

Жизнь на том этапе была непростая, но она сформировала то, что есть сегодня, потому что любое дело с самого начала – это вызов. Мыслей, что я что-то сделала не так, никогда не было – меня никогда не привлекало просидеть в одном болоте всю жизнь. Жизнь ведь тем и интересна, что есть бесконечное количество вариантов.

Сейчас у меня появились уже довольно серьезные, опытные ученики, и вместе с ними и я развиваюсь. И они меня спрашивают: «Даша, куда мне поехать? Я хочу сесть, чтобы меня никто не трогал, и медитировать». И мне так смешно становится: безусловно, им нужно получить этот опыт, чтобы понять, что лучшая школа для медитации здесь, в Москве. В офисе, на заводе, в метро – это самая лучшая школа для трансформации себя, для быстрого внутреннего роста. Потому что все могут быть очень духовными, сидя на берегу Ганга. А ты попробуй быть духовным здесь, когда тебя постоянно толкают, запихивают в вагон метро и пытаются обматерить. Человек начинается тогда, когда он умеет сострадать – понимать, что каждому человеку бывает тяжело. Конечно, путешествия расширяют наш кругозор, позволяют увидеть плюсы и минусы нашей культуры.

Я, наверное, уже не вернусь в кресло за компьютер – очень много проектов, связанных с йогой. Некоторые говорят: не делайте хобби вашей профессией, иначе это теряет смысл. В чем-то я могу с этим согласиться, я по-другому себя чувствовала, когда занималась в группе. Здесь появляется больше ответственности, нагрузки, но я ни на что не жалуюсь, потому что обожаю помогать людям преодолевать их страхи.

Люди, которые преодолевают свои стереотипы, становятся свободными, они знают, что им нужно. Стабильность – это страх того, что не будет еды, крыши над головой. А когда поездишь, начинаешь понимать, что тебе вообще ничего не нужно для жизни. Тебе необходим минимум, который можно найти везде: я, например, преподавала йогу за пожертвования. Человек может приспособиться к любой ситуации, а этот страх – это страх наших родителей, общества, которое пытается удержать нас и убедить в том, что нам нужна стабильность, карьера. Под словом «стабильность» ничего нет, это пустота.

У меня хорошие условия: в случае чего мне всегда было, куда вернуться, у меня замечательная семья. Я получила этот опыт, будучи не обремененной семьей, детьми. Но мне кажется, что так поступить можно в любой момент жизни. Люди путешествуют, меняют свои жизни на каждом этапе. Все ограничения – внутри нас. 

26 ноября 2015,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ

Еще по теме

 Ужасы московских собеседований

Ужасы московских собеседований

Собеседование при приеме на работу – это всегда страх и неловкость, но иногда зажатость перерастает в фарс. Time Out поговорил с рекрутерами и соискателями об их самых нелепых интервью.

Люди, которые успевают больше вас: как они это делают

Люди, которые успевают больше вас: как они это делают

Вокруг нас есть люди, которые умудряются быть успешными на работе, воспитывать детей, заниматься спортом, хорошо выглядеть, вести активную светскую жизнь и еще успевать в кино или театр. Пятеро таких человек рассказали Time Out, как им это удается.
Кризисные истории: чем занимаются люди, которых сократили

Кризисные истории: чем занимаются люди, которых сократили

За последний год многим компаниям пришлось отказаться от значительной части сотрудников, и без работы оказались тысячи людей. Time Out поговорил с попавшими под сокращения и узнал, каково жить без зарплаты, почему на бирже труда можно найти только работу уборщицы и пошли ли им на пользу такие радикальные изменения.
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация