«Старикам здесь не место»
Игорь Сердюк, винный критик, ведущий аналитик Simple Wine News и эксперт премии Time Out — о номинации «Лучшее новое винное место».

Молоком для стариков вино называется только в французской пословице. У нас вино пьет в основном молодежь. Продвинутая, прогрессивная, энергичная, тянущаяся к разумному, доброму, вечному и дорогому. Особенно — когда за это дорогое кто-нибудь платит.

А когда пить вино предполагается на свои, то сразу очень возрастает чувствительность к сумме чека. Поэтому в винных барах, бистро и винотеках Москвы популярно вино недорогое. Впрочем, пьют его старательно, проникновенно и чувственно — примерно с такими же мечтательными и серьезными лицами, что и курят. Ведь вино требует напряжения чувств… Зря, что ли, бутылку открыли?

Вино наконец стало популярным напитком.

В лучших винных местах Москвы сейчас тесно. В пятничный полдень забронировать столик на вечер уже не получается. Попробуйте: вам любезно предложат прийти наудачу и потолкаться за барной стойкой. Если бы это был ирландский паб или американский бар, я бы сказал, что так оно, конечно, и надо. Но толкаться с бокалом вина в руках — это как минимум нарушение техники безопасности. Пятна потом нелегко отстирать, знаете ли.

Но молодость легкомысленна и, как кажется, не очень-то озабочена проблемами трудной смываемости всяческих пятен. И вина текут к нам со всего мира красными и белыми реками, разливаясь в московских брассериях под адаптированные версии тапас и антипасты, сырные тарелки и колбасные ассорти, а также под удачные и неудачные эксперименты в жанре авторской кухни. На оттенки вкуса и аромата в толпе редко обращают внимание. Да и какая разница: разве же может оказаться плохим вино из Италии или Франции?

Не сочтите занудством, но веселые наши винные бары приучают московскую публику к неразборчивости. Продвинутый имидж «винного заведения» служит авторизацией, увы, слишком часто довольно посредственного качества вин, предлагаемых там по приемлемым ценам. Но будем честными: интерес к вину в этих местах генерирует жажда, которая, как известно, важнее любого имиджа, и простое желание опьянеть. Можно ли рассчитывать, что таким образом воспитанное чувство любви к вину будет долгим и прочным? Жажда легко утоляется газировкой, а опьянеть можно от чего-нибудь и покрепче.

Вино достойно настоящей любви. Но если бы молодость знала, а старость… Однако старикам здесь не место.