2014 — от Олимпиады в Сочи до санкций

ВДНХ пробует жить по-новому

Огромная территория ВДНХ долгое время несла на себе трагический след постсоветского запустенья. Облупившиеся стены павильонов, полустихийная торговля, атмосфера упадка и распада — делать там нормальному человеку было нечего.
Но в 2014-м территорию выставочного центра наконец передали в городскую собственность. После чего в экстренном темпе всё отмыли и покрасили, расправились с торговлей в павильонах и на центральных аллеях, выставили за порог анекдотичные институции вроде музея «Поля чудес», перевезли сюда «Буран», открыли Зеленый театр, велодорожки и велопрокаты, оборудовали вменяемый общепит в виде аккуратных типовых киосков и фудкортов. Словом, к 75-летнему юбилею ВДНХ выставке вернули товарный вид и атмосферу места, где можно неплохо проводить время. Самое интересное, впрочем, еще впереди. Перед Москвой стоит задача наполнить новым смыслом и содержанием выставочное пространство, которое создавалось, чтобы демонстрировать самые наглядные достижения народного хозяйства, а в последние 20 лет только подчеркивало их полное отсутствие.

Москва смотрела Олимпиаду

Церемонии открытия и закрытия сочинской Олимпиады посмотрели, кажется, даже те, кто вообще забыл о наличии у себя телевизора. Олимпиада в Сочи была событием государственной значимости. Оттого и масштаб церемоний был великодержавным. Шоу «Сны о России» (креативный директор — Константин Эрнст, художник-постановщик — Георгий Цыпин, прежде работавший с Метрополитен-опера, Ла Скала и Большим театром) помимо того, что просто было очень зрелищным, представляло миру новую и крайне привлекательную российскую идентичность: не страна Сталина и Ивана Грозного, но страна авангардистов ХХ века, страна Толстого и Достоевского, страна космонавтов и стиляг. Нераскрывшееся олимпийское кольцо стало той единственной задоринкой, которая только подчеркнула, насколько гладко прошло все остальное. Но по какой-то иронии именно с этого момента колеса закрутились в противоположную сторону.

Крафтовое пиво

В отличие от пивных ресторанов баварско-чешского разлива, продающих  массовую продукцию известных марок, пабы образца 2014-го испытывают слабость к крафтовому, то бишь ремесленному пиву. Пиво перестает быть «дежурным» напитком, теперь пивоваренье сродни искусству: мелкие пивоварни ставят эксперименты не только с сортами солода и хмеля, но и вплавляют во вкус разные нетипичные  добавки — вроде яблоневой стружки, рябины или вина. После прошлогоднего пивного бума в Питере (где открыть свой маленький пивной заводик, конечно, проще и дешевле) мода на крафт накрыла и Москву. Застрельщик здесь — Hophead Craft Beer Pub c его 450 задекларированными сортами. В реальности их еще больше — можно нарваться, например, на редкий рубиновый сорт из Питера, который был сварен по случаю и уйдет за пару дней. Имеется крафт из Москвы, Ивантеевки и уральского города Заречный. В «Энтузиасте» выбор поменьше, зато совладелец этой ресто-мото-мастерской лично знает всех своих поставщиков и отбирает каждую бутылку. В крохотном, как кухня в хрущевке, закутке за магазином «Все твои друзья» крафтовое пиво — топливо для создания интимной атмосферы, где все знают всех и дружелюбно стукаются локтями. У палатки на Рыбном рынке «Главпивмаг» разные диковинки вроде имбирно-апельсинового эля — можно выпить в буквальном смысле не отходя от кассы. В меню Beermarket найдется все значимое, что сварили мелким тиражом в Бельгии, США и Британии. А в Haggis ходят, чтобы заполировать пинтой штучного каскового эля пудинг из кровянки или зельц в исполнении Дмитрия Зотова. Лозунг сегодняшнего дня — пей craft и будь local.

Москвичи полюбили фалафель

Один из самых распространенных в мире уличных типажей — фалафель — в московский общепит проник через городские фестивали еды. Это удобно — получить в руки упакованные в питу румяные котлетки из нута с хумусом и кипой овощей и идти дальше по своим делам. Мобильный жанр эксплуатирует The Urban Taste — расписной фуд-трак, курсирующий между «Фабрикой» и центром дизайна Artplay и исправно снабжающий классическим фалафелем с тахини креативный класс. С фалафеля на ярмарках начинал The Hummus — симпатичное заведение, позже получившее прописку в Марьиной Роще. Другой завсегдатай фуд-маркетов, «Мой большой греческий фалафель», тоже строит на нутовых котлетках свой уличный репертуар, пакуя его в стаканчики. Но когда дитя улиц и парковых скамеек переселяется в меню серьезных ресторанов — впору говорить о тренде. Попавший в руки поваров фалафель не узнать: Дмитрий Зотов в «Крылышке или ножке» превращает в котлету томленую утку и панирует ее в японских сухарях панко, Глен Баллис в Glenuill рифмует котлету из нута с баклажанами мутабаль, в вегетарианском Fresh хумус готовят на льняном масле и снабжают киноа. Сохраняя форму, фалафель теряет национальность и мимикрирует под вкус большого города — как и любой прижившийся в Москве приезжий.

Музыкальные фестивали и отмены концертов

Концертной жизни Москвы в 2014-м присущи две яркие приметы. Первая — музыкальные фестивали, которые прошли в Москве этим летом. Трудно вспомнить, когда еще они проходили с таким размахом. Park Live, «Субботник», «Пикник “Афиши”» состязались друг с другом в привлечении хедлайнеров; в выигрыше оставались зрители. Сегодня, глядя на курс и котировки нефти, многие печально думают, что такое лето могло быть последним.
Вторая примета, уже со знаком минус — отмены концертов, ставшие таким привычным делом, что больше не смешно. Еще пару лет назад люди, призывавшие бойкотировать Мадонну и Леди Гагу, казались всем кучкой фриков. Сегодня впору говорить о появлении целой технологии. Сначала запускается волна информационного шума: сообщается, что артист такой-то едет в Москву попирать устои и размыкать скрепы. Если организаторы не приняли к сведению и артист все-таки приехал, то в ход идут другие методы. Например, звонок о бомбе, как это было перед выступлением Мэнсона. Либо задействуется телефонно-административный ресурс, как в случае с концертами ряда метал-групп и нескольких артистов, позволивших публично высказываться об Украине.

Wi-fi в метро

В старейшем в мире лондонском метро мало того что проезд стоит 300 рублей, так еще и бесплатный wi-fi работает примерно на 30% станций. Программа «вайфаизации» московского метро стартовала в этом году с места в карьер: бесплатное широкополосное соединение подключают целыми ветками. И несмотря на то что порой есть проблемы с подключением, все больше москвичей привыкают перемещаться по городу, склонив шею к смартфону или планшету. Список мест, где можно спастись от срочных имейлов по работе, продолжает стремительно сокращаться.

Год, когда все запрещали

Летом в эфире «Вечернего Урганта» Шнуров спел песню с рефреном «Все по пенису и до фаллоса». «Отменили слова нехорошие, не нуждаемся мы в них более», — так вокалист «Ленинграда» констатировал принятие закона, запрещающего мат на сцене, в кино, в медиа. 2014-й запомнится нам как год запретов. Запретили курить в ресторанах, кафе и так далее (что, скорее, плюс, — да простят нас курильщики — потому что после возвращения из клуба одежда и волосы больше не пахнут пепельницей). Запретили даже кружевное нижнее белье. И вообще в 2014-м возникло такое количество запретительных инициатив, на первый взгляд абсолютно шизофренических, вроде идеи запретить интернет, что весь год было немножечко не по себе: а вдруг и вправду примут?

Тренд на здоровое питание

Порядком устав от пива и бургеров, Москва готова перейти на пищу менее телесную. Из духовного — Happy Vegan Shop в Сивцевом Вражке, где можно обзавестись полным арсеналом вегана-пуриста: от соевых сладостей и гуляша из сейтана до сыроедческих чипсов и — такое бывает! — кормов для собак, сделанных без животных жиров. Помимо очевидной склонности к вегетарианству и сыроедению в сети имеется программа из 20 разных соков, которые обещают обновить закисший организм, если пить их строго по часам — как в системе 365 detox, придуманной на сайте Salatshop и воплощенной на кухне кафе «Кузнецкий Мост 20». Можно повысить жизненный тонус путем приема хитрых суперфудов вроде спирулины, гуараны и китайского чайного гриба комбучи (Organic Guru). Плюс авторские мюсли от Barbarum, таинственные каму-каму и мака перуанская от Fittoteria и даже интригующие воображение «внезапные обеды» от поборников здорового питания «What the Food?». Что касается общепита, то здесь вопросы очищения плавно перешли из чистой эзотерики в область гастрономических новаций: во Fresh, сделанном по канадскому веганскому канону, тянут через трубочку зелененький «Витграсс» из пророщенной пшеницы, в скрытом в переулках «Москва-Дели» готовят внятную индийскую еду, а во Fruits&Veges по вечерам трудится диджей и разливают кофе от кооператива «Черный». Словом, никакого сектантства и во всех смыслах здоровый энтузиазм. А если захочется чего-нибудь вредного — пиво и бургеры легко найти по старым адресам.

«Крымнаш» и санкции

В этом году разговоры о политике с большим отрывом заняли первое место в списке лучших способов поругаться с друзьями и родственниками. Взрывоопасная тема обогатила наш язык множеством неологизмов. В их числе выражение «крымнаш», которое принято применять в саркастическом тоне в качестве комментария к любым негативным экономическим новостям. В то же время некоторые слова зажили новой жизнью. В их числе «санкции». Сначала это были ограничительные меры, наложенные Западом на ряд российских компаний и граждан. Но настоящую популярность слово обрело, когда правительство объявило об ответных санкциях, наложив эмбарго на поставки в Россию продуктов из Европы и США. Тем самым закрылся шлагбаум перед устрицами и лобстерами, пармезаном и моцареллой и другими гастрономическими радостями. Вернувшиеся из Европы туристы везут в чемодане хамон и называют его «запрещенкой».