Новое меню в Jerome&Patrice
Еда с явным уклоном в haute cuisine — вроде бульона из бычьих хвостов с кубиками телячьего языка и шариками сельдерея.

Несмотря на безостановочные восторги, с которыми ресторанная критика приняла первое меню Jerome&Patrice, публика не оценила всех этих тушенных в красном вине петухов и парментье на прованский манер. Вдобавок радостная и обильная региональная еда, приготовленная Жеромом Кустийасом и Патрисом Тережолем по рецептам условных французских бабушек, никак не соответствовала сумрачным декорациям ресторана. Из проекта со временем ушел Тережоль — да и странно было бы надеяться, что шефы смогут поделить одну кухню, — и сегодня Жером трудится в одиночку, потихоньку дрейфуя от лукового супа к пресловутой haute cuisine. Оснащает бульон из бычьих хвостов микроскопическими кубиками телячьего языка, шариками сельдерея и сливочной капсулой с хреном (420 р.). Сооружает из овощей рафинированный салат, утыканный кружевными чипсами и припорошенный «землей» из пармезана, хлебной крошки и чернил каракатицы (780 р.). Делает равиоли с цыпленком (380 р.), добавляя для сочности и статуса фуа-гра, а для того чтобы показать, что не чужд кулинарных мод, — жареную куриную кожу. Но даже тогда он сбивается с тона и начинает все подряд украшать выпендрежными пенами, которые в Москве нынче принято ассоциировать с неоднозначным понятием «авторская кухня».