Москва
Москва
Петербург
Все что нам надо — любовь и секс (видео с Петром Федоровым)

Все что нам надо — любовь и секс (видео с Петром Федоровым)

Тема майского журнала «Мск.Собака.ru» — Любовь и Секс, о значении этих понятий для поколения 30-летних в интервью изданию рассказали герои номера — влюбленная пара Петр Федоров и Настя Иванова.
Выход майского номера журнала «Мск.Собака.ru» №05(08) оказался под угрозой срыва. Поводом тому послужила обложка журнала, на которой изображены обнаженные герои номера — актер Петр Федоров («Обитаемый остров») и его девушка, фотомодель Анастасия Иванова. Возмущенные дистрибьюторы прессы отказались распространять «Собаку.ru» из-за откровенного фото, по их мнению «использование данной фотографии безобразно, это противоречит не только этическим и нравственным нормам общества, но и требованиям законодательства».

Для того, чтобы номер все же поступил в продажу, был напечатан тираж фальшобложки, закрывающей неугодные части фото. Таким образом 27 апреля майская «Собака.ru» выйдет с двойной обложкой.

Фильм «Обитаемый остров» сделал Петра Федорова сверхпопулярным. Но герой он не только на экране. Новым условиям жизни он только рад и уверен — пришло его время. Он снимает кино о современной России и говорит, что гражданская позиция — в любимом деле, которым человек занимается.

Обложка

Они приезжают ровно в 11 утра, без опозданий. Актер Петр Федоров и его девушка, модель Настя Иванова. Федоров всю ночь просидел в монтажной за работой, Настя только из Лос-Анджелеса. Пока ею занимаются визажисты, мы общаемся с Петей.

Все жалуются, что работы нет. У тебя работа есть?
— Работу предлагают — я отказываюсь пока… В основном какая-то муть. Особенно пугают сценарии про войну с Грузией. Хотя про Гамлета сейчас тоже делают кино, но я пас. Там современная история, массовка из разных субкультур, но хочется чего-то по-проще, поближе к жизни.

Мне кажется, эта мода на осовременивание классики в 90-х осталась, наэкспериментировались.
— Видишь — оказывается, нет. Кому-то кажется, что Гамлет — это то, что надо сейчас народу. Что вот он герой, который сейчас всех вдохновит. С чего вдруг? Сейчас вообще в отечественном кино вакуум — время наше не отражается. Надуманные герои, вымышленные обстоятельства, слова, которыми люди не говорят. Почему? Потому что связь со зрителем нулевая. Успехом сейчас пользуются в основном грубо тесанные под «народ» комедии. Спрос на них отражает массовое желание отвлечься от того, что происходит дома. Но ведь то, что происходит дома, — это самое важное. Хотя и комедия может служить проводником идей, тем более жанр этот самый ментальный для России. Проебали просто золотой ключик.

В вашем с Бардиным фильме «Россия 88» реальность присутствует по полной. В этом номере у нас есть интервью с Павлом, он подробно рассказывает про скинхедов, про то, как фильм делали. Тебе это зачем надо было?
— Во-первых, хотелось сделать хороший фильм, во-вторых, на тему, которая волнует. Тем более жанр, сочетающий игровое и документальное кино, — это очень интересно. Мы привыкли, что документальное кино — это скучно. Ничего подобного! Я по-новому Россию увидел, себя, людей. И, что самое удивительное и страшное, понял: единственные политически организованные молодые люди — это скинхеды.

У них идея четкая и формулировки, бьющие наотмашь. Конечно, это страшно. Но где те лозунги, под которые молодежь встанет? Знаешь, мы с Кириллом Серебренниковым вывели термин «поколение одуванов». Люди, которые с фотоаппаратами ходят, но не знают, что снимать. Выставки посещают, но не понимают зачем. Творчество для них — способ потусоваться. И их сдувает.
— Для них сейчас тоже хороший момент, есть возможность продать свои фотоаппараты и подойти наконец к зеркалу. Хотя против творчества в правильном понимании ничего не имею. Культурный обмен только нам и остается. Кроме любви, конечно. Настя зовет нас в студию — ее визаж закончен. Настя была на обложке итальянского Vogue, работала с Chanel, Nina Ricci, Dries Van Noten и уже десять лет живет между Россией и всем миром.

Что в Лос-Анджелесе нового? — спрашиваю я.
— Работы мало, — отвечает Настя, — все думают о своих долгах… Мои друзья, ребята из группы Living Things, устроили акцию по сжиганию долларов. На улицах к нам присоединялись даже полицейские. В России привыкли к тому, что периодически случается жопа, а американцы — нет. Там крыша у людей едет. А вообще самая обсуждаемая тема сейчас — секс.

Настя и Петр без стеснения раздеваются. Мы фотографируем их голыми. «Любовь — все, что у нас осталось», — говорим мы им. И они делают в кадре любовь. Вместе они смотрятся фантастически. Когда Настя обнимает Петра, наши сердца замирают. Потому что это настоящее. В кадре не актер и модель. Перед нами любовь. Нежность. Забота. Они вместе пять лет.

Вам ребенка нужно завести! — говорю я.
— Бейбик — это хорошо, — Федоров прижимает Настю к груди.

«Клуб» и детство

Федорова страна узнала по сериалу «Клуб». Сейчас Петр с юмором говорит об этой работе, о своем герое Даниле, которого до сих пор хотят все девушки.

— Я однажды халтурил на дне рождения на Рублевке. Мне позвонили, говорят, так мол и так, у девушки день рождения. Будут петь типа Топалов, Настя Задорожная. Я спрашиваю: «А я-то что там делать буду? Я же не пою». «А ты вести все это будешь». Я согласился. Приезжаю, выясняется, что девочке исполняется 9 лет и она фанатка сериала «Клуб». Я думаю, господи, она что, в 7 лет смотреть его начала… И она с подружками идет на меня, и я понимаю по их движениям и глазам, что о сексе они знают больше меня. Я вышел на сцену: «Здравствуйте, я Петр, с днем рождения…» А мне они кричат: «Ты не Петр, ты Данила!». И так три раза меня поправляли, пока в меня пластмассовый утюжок не полетел с криком «Ты Данила!!!».

Сериал действительно держал Федоров. Своей прущей харизмой, обезоруживающей улыбкой. Он такой с московского детства, которое прерывалось переездом семьи на Алтай. С первого до восьмого класса был там. Отец Петра — актер, мама — инженер. По жизненным обстоятельствам оказались в Горноалтайске. Сейчас Петр про те годы говорит со смешанными чувствами.

Тебя пиз…ли?
— Да, было. Старшеклассники были какие-то слишком агрессивные. С чего? Ну, ненависть такая к приезжим была. А вообще много интересного было. И на плоту самопальном сплавлялись по Катуни, и в тайгу бегали. Я барашков пас с друзьями, у нас огород был. Там какая-то положительная радиация была, и я одну картофелину чистил, чтобы наша семья из четырех человек поужинала — такая картофелина огромная была. Грядки поливал, пропалывал, окучивал. С тех пор у меня страсть к работе руками. Отчасти из театра из-за этого и ушел. Там надо было только говорить. А для меня тактильное вот это ощущение важно. Раньше и акварелью, и маслом, и гуашью рисовал. То есть кино — это все оттуда же у меня. Тяга к визуальному была и теперь есть, только в другой форме. Россию хочется снимать! Через два дня мы встречаемся в Starlight на Маяковской. На Пете майка The Cure. Пьем кофе.

— Есть не буду, я сейчас к бабушке, — говорит Петя.

Мы говорим о конце 80-х и 90-х, которые его очень вдохновляют. Он вспоминает, как был рэпером, как был металлистом, как на экзамены в Щукинское училище приходил с пирсингом.

— Сейчас все субкультуры почти пропали, растворились. Я вот думаю — о чем будут через десять лет вспоминать нынешние 20‑летние. О том, как они ходили в солярий и занимались шопингом? Печально, если так. Поэтому хочется показать им наши 90‑е. Про конец рейва, например, кино сделать.

А если про сегодняшний день кино тебе предложили бы снять, то кто бы стал героем?
— Никто! Слоняющийся человек, человек-волочение. Герой только должен появиться, вырасти из экстремальных обстоятельств. Героем станет тот, кто сейчас активно поработает.

О смене деятельности, свободе сейчас легко рассуждать тем, у кого нет семей и кредитов. Вот у тебя кредиты есть?
— Нет, слава богу. Кризис, конечно, коснулся и моей семьи, и друзей. Сначала все говорили, что каждый сам за себя, но сейчас поняли, что надо объединяться. Такие альянсы выросли, которые полгода назад нельзя было представить. И результат крутой!

Этакое новое гражданское общество?
— Гражданское общество — в гражданской позиции. А позиция эта — в том деле, которым ты занимаешься. Не в политике. Я вот на выборы стал ходить очень поздно. Для моего поколения выборы — это сигнал из телевизора, а мы его не воспринимаем. Мы с Пашей Бардиным сейчас думаем над интернет-телевидением. Чтобы интерактив с людьми был, за этим будущее.

Тебе в России хорошо?
— Да, мне поэтому ее снимать хочется.

Сейчас тебе хватает денег на жизнь?
— Хватает. Не обязательно зарабатывать корпоративами, я вот монтажом фильмов зарабатываю. Есть надежда, что скоро запустимся с новым фильмом, на этот раз про гопников.

Тебе из последнего увиденного кино что понравилось?
— Из русского мало чего. А вообще — «Рестлер». Крутой примитивизм. Я после фильма на кухне сел, и накатило — заплакал.

По материалам журнала «Собака.Ру».
17 апреля 2009,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация