Москва
Москва
Петербург
Голая Джульетта

Голая Джульетта

Новый роман Ника Хорнби - о чудаковатых лузерах и о том, что все проходит

Два сорокалетних неудачника пятнадцать лет ждут у моря погоды в провинциальном городке на севере Англии. Он преподает в колледже и сходит с ума по полузабытому рок-идолу, она руководит краеведческим музеем, гвоздь экспозиции которого — маринованный глаз дохлой акулы.

Типичная история для Ника Хорнби, которого можно назвать певцом более или менее оригинальных, забавных и, как правило, до смешного инфантильных лузеров. Возможно, лучший его роман — «Долгое падение», рассказывает о своеобразном клубе самоубийц. В романе Hi-Fi вопрос кризиса среднего возраста рассматривается с точки зрения тридцатипятилетнего меломана, которого бросают женщины. «Мой мальчик» — трогательная история дружбы взрослого бездельника со странным аутичным мальчиком, что не есть спекуляция на душещипательной теме, но отчасти попытка рефлексии собственного опыта — сын писателя Дэнни болен аутизмом.

Надо сказать, Хорнби вообще склонен к автобиографичности. Не ограничиваясь сочинениями от первого лица вроде «Футбольной горячки» или «31 песни», он и придуманных героев щедро награждает своими собственными увлечениями, будь то музыка или футбол. Кажется, дистанция между ним и персонажами настолько же коротка, как между автором и читателем. Не отождествляясь с героями полностью, он в то же время, будто в рассеянности, держит кого-нибудь из за пуговицу. То же можно сказать и о его отношениях с читателем.

Можно встретить определение Ника Хорнби как «современного британского писателя номер один»; что ж, это обсуждаемо, хотя если подобное первенство ассоциировать с масштабностью замыслов, то здесь мы неизбежно попадем пальцем в небо. Хорнби — автор очень камерный, с голосом обаятельным и негромким, его чудаковатые лузеры ни в коей мере не претендуют на персональную значимость или эпохальность, вместе с тем они чудесно характерны, а местами даже (в терминах русского критического реализма) типичны. Тем более замечательно искусство фокусника, с которым Хорнби извлекает из тривиальнейшего материала то неподдельно смешные и при этом абсолютно достоверные положения, то глуховатое ощущение неизбежного трагизма любой человеческой жизни, какой бы нелепой она ни представлялась со стороны. Пожалуй, одна из ключевых Голой Джульетты» (название романа в оригинале Juliet, Naked, возможно, следовало бы перевести несколько иначе), это цена как действия, так и бездействия. Недаром два во многом противоположных героя, стареющий рок-музыкант и провинциальная музейщица средних лет задаются одним и тем же вопросом: сколько из собственной жизни они упустили или растратили и насколько безвозвратно. Печальный вывод в том, что живешь ли ты под девизом секс-драгз-рок-н- ролл или являешь собой воплощение умеренности, всегда есть потери, о которых возможно только сожалеть: поделать с ними ничего нельзя. Собственно, взросление по Хорнби — это и есть осознание упущенных возможностей. Своего рода изгнание из пубертатного рая: современная западная цивилизация продлила это состояние настолько, насколько вообще возможно, но до сих пор существуют вещи, от которых невозможно увильнуть и с которыми в конечном итоге ничего не поделать. Принятие этого факта не добавляет оптимизма, но игнорировать его настолько же нелепо, как в сорок лет жить жизнью пятнадцатилетнего рок-фаната.

17 февраля 2010
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ

Еще по теме

Голая Джульетта

Голая Джульетта

Перевели самый свежий роман блистательного британца Ника Хорнби "Голая Джульетта". На сейчас раз про бессмысленность человеческой жизни.
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация