Москва
Москва
Петербург
«Отморозки»: за и против

«Отморозки»: за и против

Спектакль студентов Кирилла Серебренникова сенсационно допущен до участия в основном профессиональном конкурсе. Получит он «Маску» или нет — главная интрига фестиваля.

За: Алла Шендерова, эксперт «Золотой маски», обозреватель журналов «Театр» и «Ваш Досуг»


В «Отморозках» Серебренникову и артистам его «Седьмой студии» удалось театральными средствами воссоздать живую и страшную жизнь улицы. По форме спектакль вполне условен: подмостков нет, играют в двух шагах от зрителей. Но играют так, что невольно спрашиваешь себя, не заблудился ли: шел на «Винзавод», а попал на митинг. И нет подворотни, чтоб спрятаться. Видеть этот заранее обреченный юношеский бунт — все равно что побывать на живодерне, но и оторваться нельзя: энергия и естественность у артистов запредельная, но при этом они знают, про что и для чего играют. «Седьмая студия» — не просто студенты. Так когда-то курс Щукинского училища, на котором Юрий Любимов поставил «Доброго человека из Сезуана», заявил себя как родившийся новый театр (будущая легендарная «Таганка»). Намеренно избегая оценок, молодые актеры работают с репортерской точностью. Ту же «репортерскую» тактику Серебренников избрал в «Околоноля», запечатлев тех, против чьей власти восстают отморозки. Думается, было бы правильно представить на «Маске» обе части дилогии: тогда даже самый далекий от театра зритель понял бы, кто страшнее для страны: неумело бунтующие подростки из «Отморозков» или образованные, вхожие во власть подонки из «Околоноля». Не выдвигать «Отморозков» на «Маску» было нельзя: национальная театральная премия не может не замечать спектакль, рассказывающий о болезнях нации.

Против: Алена Карась, театральный обозреватель «Российской газеты»


«Отморозки» в новом пространстве «Цеха белого» на «Винзаводе» имели все шансы стать событием-мифом, но остались лишь пикантным сюжетом, ненадолго распалившим споры. Тексты Захара Прилепина стоят в центре политической активности страны, в которой националистическая идея странным образом перемещается с левого фланга на правый, из недр темной отмороженной толпы в более просвещенные слои общественной атмосферы. Видимо, потребность отвоевать национальное государство у советской и постсоветской империи витает в воздухе. Пару десятков юных актеров с их витальной энергией, с диким напором, восходя с шепота на крик, запускают в пространство добротно отремонтированного нового зала на «Винзаводе» опасное слово «революция». В первые мгновения, кажется, нас и вправду ждет потрясение. Но чтоб это могло произойти, нужно приобщиться к напору — всей силой, всем сердцем быть где-то внутри той стихии, которую не только исследует, но и представляет Прилепин. Студенты мастерской Серебренникова играют так, точно дауншифтингом занимаются — изучают жизнь неведомых сообществ. Стихию революции как страсть невозможно имитировать — ни в театре, ни в жизни. В сцене похорон, столь мощно написанной Прилепиным и отлично задуманной театром, проявляется весь имитационный размер спектакля. Который не только не зовет на баррикады (ну и в самом деле, к чему?), но даже и не дает почувствовать силу этой стихии. Довольные хипстеры радостно переживают эту квазиреволюцию на «Винзаводе», профинансированную, к слову, президентской администрацией. Впрочем, каковы революции, таковы у них и песни.
26 марта 2012
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ

Еще по теме

Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация