Интервью: Айдан Салахова
Первая российская галеристка прогнозирует дальнейший рост цен.
Куда идем, что происходит с ярмаркой?

В прошлом году было максимальное количество участников и ужасное качество ярмарки. Мы — жюри — поставили себе отрицательную оценку. А сейчас был достаточно строгий отбор — отсекли дилерские галереи: тех, кто выставляет художников, с которыми не работает, и тех, кто работает на вторичном рынке. Допустим, галерея «Пан-дан» очень хорошая, но дилерская, с ней пришлось расстаться. Других отсекли из-за качества работ.

Ходят слухи о фундаментальных переменах, которые ожидают ярмарку уже в следующем году.

Есть несколько стратегических моментов, о которых не хотелось бы говорить заранее. Но уже ясно, что будут серьезно отредактированы и система управления Арт Москвой, и условия участия, и рамочная программа.

Вроде все идет хорошо, почему появилась потребность что-то менять?

Ярмарка, в принципе, если сравнивать с западными, не дотягивает.

А с чем сравниваем?

С испанской ARCO, парижским FIAC, с Базельской ярмаркой.

Ничего себе амбиции. Не рано так замахиваться?

Нам кажется, что уже пора.

В этом году появилось много новых художников, они все будут на ярмарке? Юные таланты уже разобрали по галереям?

Не знаю — все попали в галереи или нет. Я из новых взяла Анну Желудь, Леонида Ротаря, Олега Доу.

Галерей новых тоже много возникает, а вы ярмарку уменьшаете…

Много заявок от очень плохих западных галерей. Для хороших статус нашей ярмарки сначала был недостаточно высок. Надо жертвовать количеством ради качества.

Заметила, что из программы исчезли и многие западные галереи, которые работают с русским искусством.

Было бы странно, если бы на лондонской Армори-шоу появились русские галереи, которые продают английское искусство.

Они обиделись, плакали, наверное…

Это было ужасно — звонили заранее, лоббировали, потом спрашивали, почему отказали, хотя везде написано, что мы отказы не комментируем. Мне в голову бы не пришло позвонить на какую-нибудь иностранную ярмарку и спросить — это некорректно. Думаю, мы нажили много врагов. Нас обвиняют в мафиозности. Понятно, что есть друзья и близкие отношения, но мы старались отстраниться и смотреть только на вещи, на искусство.

По каким критериям отбирали?

Программа, выставочная деятельность, очень важно с какими художниками галерея работает. Важна стабильность на рынке, репутация.

А стаж не учитываете?

Должен быть два года, но мы сделали исключение для галереи GMG, которая открылась меньше года назад — просто пока готовили помещение. Но они раньше начали выставки делать, в ярмарках участвовать…

Насколько я поняла, больше всего отказывали западным галереям. Почему такое нашествие иностранцев?

Очень интересный локальный рынок, практически не затронутый мировым кризисом, с новым поколением коллекционеров, которые только формируют свои интересы.

А что кризис — до нас еще не дошел?

У нас рынок начался недавно — ему некуда кризисовать. Вот если бы Дубосарский с Виноградовым стоили по миллиону-полтора, им было бы куда падать. А мы еще не набрали высоту. У нас пик наступит только года через четыре.

Ярмарка «Арт Москва»