Интервью: Харрисон Форд
Экшен-герой отважно проходит в кино за 4 бакса.
Профессиональный экшен-герой, звезда фильма «Огненная стена», летчик-любитель и пенсионер Харрисон Форд умеет пользоваться преимуществами любого положения. Он не только спорит с режиссером, но и отважно проходит к дантисту без очереди, а в кино — за четыре бакса.


Когда вы снимались у Ричарда Лонкрейна в «Огненной стене», вы говорили, что вам хочется его то обнять, то убить. Это хорошие отношения?

Я думаю, прекрасные. Временами я настаивал на чем-то своем, ему не всегда это нравилось. Мы спорили, но я не хотел, чтобы все было по-моему, вовсе нет. Я просто хотел иметь возможность попробовать в кино свои идеи, если уж Ричард пробует на мне свои.

Любите спорить?

Это гимнастика для ума — отстаивать свою точку зрения, вырабатывать общую, которая удовлетворит всех. Это мне нравится.

«Огненная стена» начинается как технотриллер, но понемногу превращается в типичное «харрисонфордовское» кино…

Спасибо за откровенность, но я не стремлюсь делать «харрисонфордовское» кино. Мне кажется, тут нам удалось просто объединить высокие технологии сболее животным, инстинктивным моментом. В определенный момент герой, специалист по хай-теку, осознает, что не сможет защитить семью, если не будет действовать так же, как и его противники. Он видит, что его убьют, когда он выполнит все, что от него требуют похитители, хватает первое, что попадается под руку — блендер, и бьет врага блендером. А поскольку этот сукин сын не умирает, он бьет его еще и еще. И это меняет героя. Мы видим, что происходит потом. Так что, на мой взгляд, это вообще драма.

Вы используете свой статус знаменитости, чтобы, например, столик забронировать или к доктору пройти без очереди?

Хоть это и плохо, но да. И срабатывает.

Я слышал, кстати, что вы и пенсионным удостоверением пользуетесь?

У меня на самом деле его нет. Но, скажем, если билет в кино стоит 7 баксов, а мой возраст позволяет купить его за 4 — я же не идиот. Так что, будьте любезны: взрослый билет для моей подруги, пенсионный для меня, вот вам моя задница, можете поцеловать.

Вы много летаете. Для этого нужно быть технически подкованным?

Нет. Нужно знать необходимые вещи — как работает двигатель, топливная система. Не требуется знать, как устроен компьютер — он либо работает, либо нет. Гораздо важнее просто уметь хорошо летать без автопилота. Любая технология может навернуться, и тогда придется действовать по старинке. Знаете, как говорят: что бы ни случилось в полете — отвалились крылья, начался пожар, главное — лети. Лети и не отвлекайся. Когда будет возможность, выясни, что произошло. Технологии, конечно, нужны, но человека ими не заменишь.

А чем вас привлекает полет?

Мне нравится свобода. Свобода и ответственность, сочетание этих двух вещей. Я люблю сам за себя отвечать, не хочу, чтобы мне кто-то указывал. Это очень важно — во всех обстоятельствах нести за себя полную ответственность. Когда ты за рулем автомобиля, например, ты можешь в случае чего съехать на обочину. С самолетом это не пройдет. И еще мне нравится, что в воздухе я— «Ноябрь-3-6-Чарли», это мой позывной. Я там не Харрисон Форд, это здорово.

Вы не хотите снова сняться в романтической комедии?

Ничего не имею против, только вот найдет ли студия мне партнершу лет пятидесяти?

Пятидесяти???

Ну не 30-летнюю же. Если только это не история про разницу в возрасте, вроде «Сабрины».

А насколько вам важно выглядеть и чувствовать себя молодым?

Вообще не важно.

Но вы вполне так неплохо выглядите…

Как 63-летний мужик (хохочет). Конечно, я могу сыграть 50-летнего, но мой возраст во всех газетах сейчас написан.