«Я плохой парень, пытающийся всех соблазнить»
Стивен Дорфф, сыгравший одну из главных ролей в «Войне богов», о Древней Греции и мире безумных режиссеров.
— Чем вас привлекла эта история? Любите древнегреческую мифологию?

— Я не слишком много знаю о мифологии. Я не любитель. Тарсем Сингх предельно ясно объяснил мне, что мой персонаж не понимает, о чем эти люди говорят половину времени. Он лишь хочет замутить с Фридой Пинто. Ставрос — раб, вор, и, если бы все шло по его плану, он бы украл Фриду, отправился бы с ней на южную границу и снял по дешевке миленькую ферму. Он бы с радостью это сделал, уверяю вас, но, к сожалению, мир в страшной опасности. Так что приходится скооперироваться с этим симпатичным парнем Тесеем и его командой, чтобы не умереть в одиночестве. В общем, вы уже поняли — я в мифологию совсем не углублялся.

— У Сингха, по слухам, совершенно ни на кого не похожая манера съемки.

— Насколько я знаю, в фильмах вроде «300 спартанцев» или «Города грехов» ты в буквальном смысле стоишь перед зеленым экраном, возможно, рядом с частью машины или с ечом в руках, и все действие разворачивается у тебя в голове. Мне это кажется ненатуральным. То же, что делаем мы, ощущается как настоящее кино. Да, безусловно, зеленый экран размером с эту комнату присутствует за декорациями, но если в кадре должны быть умирающие или изможденные лошади на земле, то они будут там лежать на самом деле. Я мог дотронуться до декораций, поболтать с кем-то из массовки — словом, мог выполнять свою работу. Возможно, просто эффектно позировать на зеленом фоне было бы даже труднее — и я не думаю, что смог бы сниматься в подобных фильмах.

— Как бы вы охарактеризовали Сингха?

— Я считаю, что Тарсем тоже очень талантлив — и при этом он совсем не такой, как, например, Стив Норрингтон, режиссер «Блэйда», у которого тоже репутация безумного гения. Стива совсем не заботит Голливуд. Сколько бы денег ему ни предложили, он не вернется. Или он попробует, затем изменит свое мнение и лучше напишет новый роман. А Тарсем может сделать любую работу, может грамотно вести переговоры со студией. Он гораздо более практичный. Но вообще я преклоняюсь перед всеми режиссерами, с которыми работал.

— Как Тарсем доносил до вас свои идеи?

— Честно говоря, я порой всегда очень четко не понимал, о чем он говорит. И это он еще объясняет, не уходя в подробности. Вообще он старался сделать меня более милым, хотя обычно я плохой парень, пытающийся всех соблазнить.