«Занавес опускался, и нас тут же арестовывали»
Голос «Кота в сапогах» рассказывает о бонусах работы в анимации и вспоминает юность.
— Каково это — быть мультяшным котом?

— Парадоксально! Знаете, когда я приехал в Америку, то по-английски не знал ни слова. И вот проходит 20 лет — а меня преспокойно зовут, чтобы использовать только мой голос. До сих пор не верится. А вообще это было совсем не сложно, я и глазом не моргнул. Я на самом деле к этой работе как подошел: «Вот он я, вот что я умею, и эта роль такая же, как и все предыдущие, пускай и форма совсем другая, и образ… непривычный». Словом, я просто получаю удовольствие от работы — это же здорово, разве нет? Что до Кота в сапогах, то он крутой — думаю даже, мне надо с ним по миру попутешествовать. Женщины ведь любят его даже сильнее, чем меня, — так что если к заходу солнца мне не будет сопутствовать успех, я всегда смогу предложить им поиграть с моим котиком.

— Вы, кажется, снова стали разбавлять роли в Голливуде с европейскими фильмами.


— Да, Америка мне, конечно, многое дала — но там все-таки склонны делать кино по шаблонам. Там ты работаешь над продуктом, пригодным для массового пользования, и, кажется, стоит только произнести слово «экспериментальный» в офисе какой-нибудь голливудской студии, как тебя выкинут из окна. Мне в какой-то момент понадобилось вернуться к корням, возродиться, вдохнуть свежего воздуха. Сейчас вот снимаюсь у Жан-Жака Анно в «Черном золоте». Съемки проходят в Тунисе, в Катаре — это настоящее приключение. Вот это и есть мой актерский хлеб.

— Вы вообще как актер сильно изменились за 20 лет в Америке?


— Технически — может быть, в сущности — нет. Актерство — часть моей души. Я начал играть еще тинейджером. Генерал Франко был еще жив. Мы ставили спектакль по Бертольту Брехту, мне было 14, и когда я смотрел со сцены в зрительный зал, то в темноте на задворках можно было заметить поблескивание полицейских касок. Занавес опускался, мы уходили за сцену, и нас тут же арестовывали. Потом мы проводили ночь в полицейском участке. Это повторялось три или четыре раза. У нас тогда ничего не было. Вообще ничего. Денег хватало только на аренду зала и минимальный реквизит. Нет, я не изменился.

Джессика Дэйви-Куонтик (Time Out Doha)