Игорь Шулинский: «Вместо секса мы пошли встречать рассвет в Сокольники»
Главный редактор Time Out о неудачах, которые всегда остаются с нами.
Мне был 21 год, и я закончил университет. В моем дворе жила девушка, она еще училась в школе. Мне она казалась самой сексуальной и желанной в те годы. Наполовину гречанка, наполовину еврейка, с потрясающим лицом и с чувственной южной фигурой. (Я с тех пор такое люблю.) Мы были в одной компании, вместе ездили в Коктебель, Симеиз, Вильнюс. Я помогал ей готовиться к экзаменам. В какой-то момент мы совершенно случайно оказались в постели и без одежды. Объект моих самых смутных желаний был готов ко всему. А у меня в первый раз в жизни ничего не вышло. (Увы, не в последний.) Если бы вы могли представить, как она была прекрасна, как она держалась, как смущалась… Вместо любви мы пошли встречать рассвет в Сокольники. (При этом любой из моих знакомых подтвердит: романтик я никакой.) На следующий день я рвал на себе волосы, потому что мне действительно хотелось ее «so badly», как сказал бы Стинг. И тогда я задумал книгу, фантастический роман, где можно было телепортировать себя в прошлое и повернуть ситуацию по-другому. Недавно я посмотрел «Золушку» Мэтью Боурна, где героям был дан шанс прожить совершенно другую жизнь. «Золушка» началась в гротескном мире абсурда, а закончилась «Бродвеем» — с сексом, счастьем и поездом в никуда. Единственное, ты понимаешь, что мир абсурда у Боурна реален до узнаваемости, а мюзикл — всего лишь фантазия. И повернуть ситуацию в 99% случаев не удается. Это знает Боурн, это знаю я, это поняла даже моя прекрасная гречанка после секса, который все же случился, но ничего не изменил.