Москва
Москва
Петербург

Урок практической магии. Интервью с Николь Кидман

Фильм «Колдунья», в котором Николь Кидман в очередной раз экспериментирует с собственным носом, вышел в прокат 18 августа 2005 года. Накануне премьеры актриса поделилась с Time Out своими соображениями о том, что бы она сделала, если бы на самом деле была ведьмой.
Скажите честно, вы сами так смешно двигаете носом в кадре или это нарисовали на компьютере?

Конечно я! Меня следовало бы уволить за профнепригодность, если бы мои жесты и мимику пришлось дорисовывать.

«Колдунья» снята на основе старого сериала «Зачарованные». Вы смотрели его в детстве?

Да, его показывали, кажется, в середине 70-х. Представляете, я была уверена, что Саманта (главная героиня «Зачарованных».- Прим. Time Out) существует на самом деле и вправду умеет колдовать. Ведь каждая девочка в глубине души мечтает стать волшебницей. Чтобы можно было вздернуть носик и наколдовать все что угодно.

Что вам больше всего хотелось наколдовать?

О господи, дайте вспомнить… Кажется, чтобы без проблем сдать экзамены. И какой-нибудь особенный подарок себе на Рождество. В общем, обычные детские желания, ничего выдающегося.

Как было принято решение не повторять в «Колдунье» весь cюжет «Зачарованных» в точности, а все-таки отступить от оригинала?

Просто Нора (Нора Эфрон, режиссер фильма и один из авторов сценария. — Прим. Time Out) решила ввести в оригинальный сценарий новых персонажей, чтобы мне и моему партнеру Уиллу Ферреллу не пришлось тупо изображать Дарина и Саманту. Характеры героев остались прежними, но действие перенеслось в нынешнее время. Знаете, ведь на самом деле многие пытались переснять «Зачарованных», и у них ничего не получалось, потому что, если строго следовать оригиналу, эта история покажется старомодной современному зрителю.

Я слышал, изначально идея сделать фильм принадлежит вам?

Нет-нет, что вы! Я просто была в гостях у подруги, мы стояли на кухне и уплетали десерт (между прочим, еще до того, как его подали на стол!), и у нас зашел разговор о том, что хорошо бы экранизировать какой-нибудь сериал. Тут мы вспомнили про «Зачарованных» — мол, никто до сих пор так и не сделал из него кино. И подруга сказала: «Ну вот, отлично, займись этим! Узнай, что с этим сериалом происходит„. На следующее утро я позвонила продюсеру Эми Паскаль из компании Sony, потому что именно им принадлежат права на „Зачарованных“, и задала ей этот вопрос. Она ответила: “Знаешь, ровным счетом ничего. Приходизавтра, и мы поговорим„. Кажется, я пришла не завтра, а спустя пару недель, но в конце концов мы встретились и очень быстро обо всем договорились… Правда, потом проект еще на год завис.

А на каком этапе кнему подключилась Нора?

Практически одновременно со мной. Еще во время нашего первого разговора я сказала Эми, что эта история мне нравится, но кто-то должен сделать сценарий. Я же не писатель! А Эми ответила, что как раз утром ей звонила Нора Эфрон, которая, по ее мнению, вполне может воодушевиться этой безумной идеей. Я никогда до этого с Норой не работала и, помню, еще спрашивала у Тома Хэнкса и Риты Уилсон, имевших такой опыт: “Что вы думаете о Норе Эфрон?„ И они в один голос сказали: „Даже не сомневайся!“ В итоге я очень рада, что все так вышло. Кроме всего прочего, если говорить о питании во время съемок, то Нора это дело поставила отлично: она обеспечивала нам такие обеды, что мы только диву давались. Представляете, даже заказывала для нас какие-то невероятно вкусные пироги из Сиэтла! Дело в том, что она когда-то была ресторанным критиком. И, как выяснилось, это очень хорошо, если твой режиссер в прошлом имел отношение к общепиту. (Смеется.)

А как вам Ширли (Ширли Маклейн играет в „Колдунье“ роль безумной актрисы. — Прим. Time Out)? Вы вроде бы как-то говорили, что хотите с ней поработать?

Очень давно хотела. Мы часто встречались на разных вечеринках, но ни разу- на съемочной площадке. И, может быть, потому, что мы с ней обе белокожие и рыжеволосые, она как-то заметила: “Знаете, мне кажется, у нас с вами много общего!„

Ширли сказала, что вы — одна из самых замечательных актрис, с какими ей приходилось работать…

Нет, это я про нее сказала. (Смеется.) Посмотрите все ее фильмы: она сыграла самые лучшие комедийные и драматические роли в истории Голливуда! Это же безумно тяжело — заставить зрителя одновременно и плакать, и смеяться. Говорю вам как актриса. Помните „На языке нежности“? Ширли была душой этого фильма, и именно благодаря ей Джек Николсон, который и сам по себе потрясающий актер, там просто великолепен!..

Давайте вернемся к теме волшебства. Значит, в детстве вы мечтали наколдовать себе успешную сдачу экзаменов. А сейчас, будь вы и вправду ведьмой, как бы вы распорядились своей властью?

Сейчас? Я бы хотела знать все, что происходит в головах у моих детей. Знаете, в тринадцать лет у них вдруг появляется куча секретов! А моей дочери в этом году как раз тринадцать…

Как вам удается сохранять баланс между напряженной работой и личной жизнью?

На самом деле мне далеко не всегда это удается. Просто я или работаю, или нет, третьего не дано. Так что сейчас мои фильмы — это в каком-то смысле мои романы. У меня есть опыт, и я могу вложить все некогда пережитые мной эмоции в моих персонажей. И знаете, мне кажется, что если твоя личная жизнь складывается очень хорошо, ты не можешь по-настоящему погрузиться в работу. Тебе это просто не особенно интересно. Когда я была замужем, работа для меня была чем-то вроде хобби. А теперь я отношусь к ней гораздо серьезнее.

Итак, вы хотите сказать, что у вас роман с работой — и никаких мужчин?

Господи, если я начну сейчас распространяться на эту тему, все кончится желтыми заголовками и письмами вроде “Я готов стать отцом твоего ребенка!„.

(Смеется.) Такое бывало?

Да. Естественно, на такие письма я никогда не отвечаю.

Но все-таки вы как-то выкраиваете время на что-то, с работой не связанное. Кажется, этим утром вы играли в теннис?

Да, как раз перед тем, как встретиться с вами. Мы с сыном давно собирались это сделать. А вчера вечером я была на церемонии вручения наград MTV и легла только около полуночи. В итоге пришлось выползти из кровати в шесть, разбудить сына ив семь быть уже на корте. Выглядела я приэтом ужасно: опухшие после сна глаза, футболка мокрая — и все ради того, чтобы сказать себе: “Да, ты настоящая мать, ты сделала это!„ В итоге вы сейчас имеете дело с весьма уставшей мамашей. Пока мы с вами разговариваем, дети смотрят бейсбол, а вечером мы идем ужинать в итальянский ресторан: готовить я вообще не успеваю. В общем, так и верчусь.

Да, тяжело без волшебной палочки — не изменишь одним взмахом ни жизнь, ни себя…

Ну, я все время меняюсь благодаря прическам и гриму. Сейчас, например, играю знаменитого фотографа Диану Арбус, и мне нужно влезть в чужую шкуру, изменить манеру разговаривать, ходить… Проект в самом разгаре, и я постоянно об этом думаю — поэтому прошу прощения, если выгляжу рассеянной. Честно говоря, явообще предпочитаю не давать интервью, пока не закончу работу. А сегодня, кстати, режиссер позвонил мне и сказал: “Садись в самолет и немедленно возвращайся„.

Где проходят съемки?

В Нью-Йорке. Это такой маленький, странный фильм — как раз в моем вкусе.

Известно, что Диана Арбус употребляла наркотики. Вы как-то специально интересовались этой темой? Говорили с врачами, может, пробовали что-то сами?

Нет, знаете, про меня много чего писали, но проблем с наркотиками у меня точно не было.

В отличие от фильма о Диане Арбус „Колдунья“ - масштабный проект…

Действительно масштабный. Удивительно, сколько людей уже знают о нем. Вообще вы знаете, это счастье — делать фильмы, которые любит молодежь. Их восторг и энтузиазм — самые настоящие, неподдельные.

Трудно работать с таким человеком, как Феррелл? Говорят, он вытворяет на площадке бог знает что…

Вовсе нет! Наоборот, достаточно посмотреть на него, и сразу хочется находиться рядом. Мне с ним было легко. Помню, я все время говорила Норе: “Господи, я не чувствую, что работаю, все так просто!„

„Колдунья“ - фильм, который, по идее, должен заставить зрителей смеяться. Вам самим легко было удержаться от смеха во время съемок?

А мы особенно и не сдерживали себя. Когда делаешь смешное кино, очень много зависит от того, весело ли тебе самому всем этим заниматься. Если да — тогда много шансов, что и зрительный зал будет хохотать.

Еще в фильме герои влюбляются друг в друга с первого взгляда. Вы верите в такую любовь?

Наверное, нет, если понимать под этим ситуацию, когда ты впервые видишь человека и думаешь: “Вот мужчина, с которым я готова прожить всю жизнь!„ Мне кажется, сначала все-таки нужно узнать друг друга. Но это моя личная точка зрения. Вот Майкл, например (Майкл Кейн, исполнивший в „Колдунье“ роль отца Саманты. — Прим. Time Out)- другое дело. Он бы сказал, что верит в любовь с первого взгляда, потому что с ним все именно так и произошло. Он увидел свою будущую жену на телеэкране и сразу подумал: “Вот моя женщина!„ Майкл вообще удивительный. Он святой, правда. Кроме того, он великий актер. И самое поразительное — он до сих пор любит то, что делает, и потрясающе умеет наслаждаться жизнью. И я наслаждалась общением с ним. Все время думала: “Бывают же такие раскрепощенные и искренние люди!„

Вы так говорите, будто Майкл — ваша полная противоположность…

В каком-то смысле так и есть. Я очень застенчива, мне требуется время, чтобы я вообще смогла с человеком заговорить. Раньше я просто панически боялась новых знакомств. Сейчас, конечно, в такой тяжелой форме это уже не проявляется, но вообще-то я отношусь к той категории людей, которые всегда стараются держать оборону и которых нужно как бы выманивать из скорлупы…

В таком случае вся эта публичность, и особенно встречи с прессой, для вас, должно быть, настоящий кошмар?

Как вам сказать… Да, на многие вопросы журналистов я отказываюсь отвечать. Таким образом я просто-напросто защищаю себя. И при этом я стараюсь быть честной в эмоциональном плане, чтобы меня никто не мог уличить во лжи. Все это, конечно, не так просто… А что касается публичности — да, меня узнают на улицах. Но при этом мало кто знает, какая же я на самом деле, особенно если учесть, сколько разных ролей мне довелось сыграть. Ведь зрители все равно невольно судят о характере актера по его персонажам. И я очень ценю, что люди в основном относятся ко мне по-доброму и не лезут в мою личную жизнь. Я имею в виду тех людей, которых я встречаю в магазинах или где-то еще. Папарацци, конечно, не в счет.

То есть вы можете, например, спокойно выйти из дома и пойти погулять?

Да, например, сходить в кино. И я на самом деле хожу. Хотя бы из-за детей. Я вообще многим обязана детям — они не позволяют замкнуться…

Насколько изменилось ваше отношение к работе по сравнению с тем временем, когда вы только начинали?

Сейчас я больше ее ценю. Не хочу говорить пафосно, но Стенли Кубрик, у которого я снималась в фильме “Широко закрытые глаза„, научил меня относиться к моей профессии как к искусству… Знаете, не раз и не два я думала: “Господи, я просто актриса, это так глупо…„ Но через это надо пройти. И научиться думать по-другому: “Спасибо тебе, Господи, что я причастна к этому процессу, что я работаю с величайшими режиссерами, что я делаю что-то действительно важное…„

Вы не всегда так считали?

Вы не поверите, но когда я только начинала, я рассуждала примерно в таком духе: “Вот заработаю денег — куплю себе пирожное!„ Честное слово, как десятиклассница: “Прогуляю-ка я сегодня школу!» А сейчас я выросла и кое-что поняла.

15 августа 2005
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация