Москва
Москва
Петербург
Мишель

Мишель

"Мишель" написан в жанре альтернативной истории. На основе многочисленных свидетельств о противоречивости характера и наследия М.Ю. Лермонтова автор предполагает существование не одного, а двух "Мишелей".
Хаецкая запомнилась в основном по бесконечно обаятельной книжке "Меч и радуга", написанной "в ногу" со Стругацкими и по настоянию издателей (дремучие девяностые, русских книжек почти не печатают) выпущенной под псевдонимом Мэделайн Симонс. После дебюта появилось фан-движение, а писательница продолжила трудиться на довольно герметичной ниве отечественной фантастики, и естественным образом ее творчество оказалось замкнуто в кругу поклонников жанра. Но Хаецкой как автору свойственен и легкий, необыкновенно гармоничный язык, и живой психологизм, и стремление к правде - в общем, многие атрибуты писателя вообще, а не фантаста в частности. Годы спустя новая книжка наконец появилась в издательстве, на продукцию которого принято обращать внимание широкой публики. Строго говоря, "Мишель" написан в жанре альтернативной истории. На основе многочисленных свидетельств о противоречивости характера и наследия М.Ю. Лермонтова автор предполагает существование не одного, а двух "Мишелей". Один - поэт, мизантроп и книжник, знаток Байрона и немецких романтиков, интересующийся вопросами религии и атеизма, всю жизнь проводящий в "культурном слое" и за писанием стихов. Другой - его незаконнорожденный братец годом младше - живчик, красавчик, душка, веселый похабник и отважный бретер. Братья нежно привязаны друг к другу и вместе созидают легенду о Михаиле Лермонтове. Искать в романе напряженные мистические коллизии и третий смысл бесполезно - все эти вещи, столь свойственные жанру, сосредоточены исключительно в исходной идее. В остальном Хаецкая по прежнему следует лучшим образцам советской "высокой" фантастики, в которой самые необыкновенные истории принято объяснять гуманистической подкладкой - не в романтическом смысле этого слова, но в смысле, восходящем ко всему человеческому. Потому и книжка читается не как развернутая метафора истории, но как жизненное повествование о простоте и обыденности любых совпадений и чудес. У Хаецкой, как и всегда, необычайно живые и непосредственные герои - редкость для современной русской прозы. И в Мишеля, и в его брата-бастарда Юрку веришь без напряжения. Впрочем, если в романе и нет обобщений о широком смысле истории, то некоторые рифмы из современности Хаецкая себе позволила. Так, в гибели Мишеля и Юрки виноват не рок и не высокая поэзия, а случайная осведомленность последнего о темных делишках генералов, контрабандно переправляющих чеченцам оружие. Юрка по обыкновению делится впечатлениями с Мишелем, а тот мигом отображает действительность в главе "Тамань". Такая близость и в конечном счете единство автора - Мишеля с персонажем - Юркой - приводит к одному на двоих печальному финалу у подножия горы Машук. Ясное и точное воображение Хаецкой, чудесная его легкость и пронзительное остроумие, с которым сделана эта вещь, сообщает детективно-фантастической истории достоверность свидетельства о "частном случае". Единственное, в чем можно упрекнуть автора - в недостатке самоуверенной дерзости, настойчивости, которая могла бы сообщить роману надлежащий масштаб. Можно надеяться, что это будет восполнено в следующей книге?
10 февраля 2006,
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ

Еще по теме

Мишель

Мишель

Роман "Мишель" написан в жанре альтернативной истории. Автор предполагает существование не одного, а двух Михаилов Юрьевичей Лермонтовых. Один - поэт, мизантроп и книжник. Другой - его незаконнорожденный младший брат-погодок.
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация