Сергей Мостовщиков: «Я человек не здравый»
Журналист Сергей Мостовщиков о том, почему он защищал права уволенной редакции газеты «Известия».

«Известия» лишили исторического здания на Пушкинской. Большая часть журналистов отказалась перейти в холдинг издателя «желтых» газет Арама Габрелянова. На защиту прав «несогласных» встал заместитель главного редактора Сергей Мостовщиков.

Ты выбран отказавшимся покидать редакцию на Пушкинской коллективом главным редактором и ведешь переговоры с дирекцией, чтобы люди были уволены со всеми необходимыми выплатами компенсаций. Зачем тебе эта головная боль бесплатного адвоката? Ты мог сам решить свои дела и спокойно уйти.

Я убежден, что каждый сотрудник «Известий» должен был пройти через встречу с генеральным директором Юрием Чечихиным. Это было обязанностью гендиректора — сидеть здесь круглосуточно и встречаться с каждым сотрудником лично, включая водителя и инвентаризатора. Но этого не было сделано вплоть до того момента, когда отсюда начали вывозить вещи и людей в редакцию на 5-ю улицу Ямского Поля. По-хамски. Чванливо. Неприлично. И когда стало понятно, что никакой встречи ни у кого не состоится, изменились мои личные условия увольнения из этой организации. Я пришел к выводу, что мне не нужно просить у «Известий» компенсации для себя лично.

Тем более: плюнул и ушел — ты свободен.

Ты сейчас пользуешься рассудочной аргументацией. А мне свойственно представлять аргументацию безрассудочную. Назовем ее романтической.

То есть это благородство?

Не знаю ничего насчет благородства. Просто мне эта газета и это место небезразличны. Это романтический кусок моей жизни, очень важный для меня, которому я очень обязан. И я не могу просто так равнодушно порвать эту связь, как это могут сделать люди более эффективные, целеустремленные и здравые, чем я. А я человек не здравый.

Что для тебя самое сложное в этой твоей роли Прометея?

Иногда дети называют старика в красной шапке с бородой Дедом Морозом. Это некий момент инициации. И с этого момента никак нельзя действовать иначе, кроме как быть Дедом Морозом. Это магия любого коллективного заклинания. В теперешнем нет ничего сложного кроме того, что все время приходится быть говорящей головой. От бесконечных разговоров голова опустошается.

А задуманный оставшейся на Пушкинской редакцией спецномер «Известий» выйдет?

Я думаю, что не выйдет. По крайней мере, судя по тому, что происходит сейчас. Это, с моей точки зрения, говорит о жизнеспособности этой редакции. Если она не смогла этого сделать — так пусть она тогда будет уволена. щ

Тем более — зачем тебе отстаивать интересы такой редакции?

Это мой внутренний вопрос моей личной неприспособленности к жизни. Неумения быть в ней дельным, вменяемым человеком. Это не имеет отношения к деньгам, Араму Габрелянову, Александру Малютину, Юрию Чечихину и брату Ковальчуку. И даже, прости господи, к коллективу «Известий». Это мой способ жить на свете.