Москва
Москва
Петербург
Интервью: Виталий Хаев

Интервью: Виталий Хаев

Братья Пресняковы в пьесе «Паб» заставили актера отдуваться за всех сразу.
Виталий, как вам работается с Пресняковыми? Ведь нечасто драматурги ставят свои пьесы.

Честно говоря, когда я узнал, что они будут ставить сами, то немного напрягся. Потому что считаю, что каждый человек должен быть на своем месте. С другой стороны, у них был опыт собственных постановок в Екатеринбурге и Венгрии. Каково же было мое удивление, когда начались репетиции! Они вдвоем разработали весь спектакль до мелочи, до каждого поворота. Все что нам оставалось делать — выучить текст. Но если у нас возникали какие-то живые идеи, их сразу же вставляли в спектакль. Знаете, Пресняковы дают замечательное чувство — иллюзию свободы. Рядом с ними ты чувствуешь себя свободным. И это самое главное, что меня подпитывает. Какой-то космический простор все время. Для меня эта работа очень сложна в профессиональном плане. Мой персонаж все время перевоплощается и появляется в четырех разных ролях перед посетителями паба. Все время бешеный темп, какие-то технически сложные задачи — к примеру, говорить текст и летать на лонжах.

В процессе репетиций сокращался текст?

Да, сократили много. Но они знают, как это делать, чтобы сохранить смысл. В этом большое преимущество работы с драматургами-режиссерами. Рядом всегда авторы, которые знают, что они хотели сказать. Не нужно ничего выдумывать.

А они сами занимались кастингом?

Да. Как они мне сказали, им было интересно собрать именно этих людей именно в этой пьесе. Так они видят мир, так они складывают свою головоломку. Я-то по блату попал (смеется). Как складывались взаимоотношения с мэтрами на площадке?

Когда я впервые увидел всю компанию вместе, опешил — я ведь помню этих артистов с детства. Мы как-то разговаривали с Адомайтисом, и я спросил у него: «Сколько вам лет?» В ответ — 71. И он в этом возрасте приехал из другой страны, на чужом языке сделал спектакль. Не допустил ни одного каприза и мгновенно выполнял все требования режиссеров. Будрайтис — такой же. Был случай: он приехал на репетицию после болезни. И я вижу: по сцене ходит статный, красивый человек. Я сказал ему: «Юозас, вы замечательно выглядите». А он: «Да что вы, Виталий? У меня ревматизм, я не могу согнуться».

Уже были прогоны. Как реагирует публика?

Зрителю вдруг становится не по себе, когда он попадает на этот спектакль. У него возникает вопрос — а нужно ли здесь находиться?

Как вам кажется, зрителя шокирует сама ситуация или способы, которыми она подается?

На мой взгляд, способы достаточно корректные. Вы знаете, просто все, что связано с нашим правительством, так или иначе настораживает людей. И этот наращенный годами страх действует внутри просто по нажатию кнопки.
18 февраля 2008
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация