Интервью: Евгений Каменькович
Режиссер Евгений Каменькович о скуке и занудстве современных пьес.
Евгений Борисович, как вы нашли пьесу «Белый кролик»?

Я получил ее из рук Петра Наумовича Фоменко. Откуда она у него — не знаю. Я подумал, что она когда-то шла в Ленинграде. Петру Наумовичу эта пьеса очень нравится. Иногда он шутит, что, если бы не нужно было учить текст, он попросился бы в наш спектакль играть в третьем составе.

У вас получается комедия?

Мне не хотелось бы точно определять жанр спектакля. В 40-х годах это была комедия, мы воспринимаем ее иначе. Может быть, даже напишем в программке «не-комедия».

А кролик Гарви появится на сцене?

Пока не знаю, все решится в последний момент. На всякий случай шьем костюм. У нас в спектакле Гарви появляется только по желанию Элвуда, это его форма защиты от действительности.

Вы сами выбирали актеров?

Перед началом работы я сказал Олегу Павловичу Табакову: я поставлю «Белого кролика», если Элвуда сыграет Андрей Мягков. Мягков прочитал пьесу, и она его зацепила. Мне очень жаль, что он не преподает: иногда на репетициях он подсказывает молодым актерам удивительные вещи. По-моему, это одно из достоинств театра, где работают актеры разных поколений: мастерство можно передавать прямо из рук в руки. К тому же у Мягкова есть собственный режиссерский опыт… Очень приятно иметь такого соавтора.

Как бы вы продолжили фразу: режиссер — это…

Я бы сказал, что режиссер — это соавтор драматурга. Если не бояться Шекспира, не смотреть на него снизу вверх, а решиться стать хотя бы вровень с ним и мыслить художественными образами, то все получится. Когда Лист сыграл произведения Шопена, стали писать «версия Шопена — Листа». Так и в театре.

Почему сейчас так мало молодых людей ходит в театры?

Мне кажется, что молодежь перестала ходить в театр из-за его скуки и занудства. Театр стал архаичным искусством: сотни театров по стране работают как в 70-х годах прошлого века. Непонятно, как пробиться молодому режиссеру: три экспериментальные сцены на всю Москву — это же смешно.

А современный театр и вправду есть?

Есть, но только в театральных вузах. Например, недавно в РАТИ первый курс Каменьковича—Крымова показывал зачет по актерскому мастерству (извините, что я говорю о себе, но просто я вижу, что делают студенты). Они показали этюд по картине Ренуара «Ложа». Сделали декорацию, надели старинные костюмы, мальчик и девочка уселись как на картине. А потом девочка вдруг вытащила молоток и гвоздь-двадцатку и начала себя прибивать… Студенты мыслят другими, современными метафорами. Мне кажется, что театральные люди должны что-то с собой сделать. Даже церковь в последние годы потихоньку меняется.