Патриарх. Интервью с Борисом Раскольниковым
Борис Раскольников открывает свой клуб «Третий путь» после ремонта.

Последние два года Замоскворечье цветет: открылись два кинотеатра — «Пять звезд» и трехэтажный «Союз», вернулось в свой фирменный магазин издательство Ad Marginem, а в бывшей коммуналке на Пятницкой вновь открывается «Третий путь» — один из самых старых и самых «питерских» клубов Москвы.

За 14 лет «Третий путь» видел многое. В лучшие времена — показы Петлюры, квартирники Псоя Короленко и группы «Подвиг Гастелло», дискотеку в честь 45-летия Моррисси, диджей-сеты Санчеса и выпускные вечера студентов МГУ. В худшие — пластиковые столики, запах плесени и накачанных дешевым пивом арт-алкоголиков. Основатель клуба Борис Раскольников, фрик-персона Москвы 90-х, создатель и солист группы «ФБР» («Фантастический Борис Раскольников»), решил модернизировать заведение. Теперь он хочет возить сюда западных музыкантов и устраивать представления видеоарта. Успешно освоив словарь нового времени, он говорит о фьюжне, чистом кампари, спонсорах и конкурентах.


В чем новая концепция «Третьего пути»?

Дизайн в стиле оп-арт, вместо рока — эйсид-джаз, музыка fusion и видеохудожники, которых мы будем приглашать вместе с Володей Дубосарским.

Но все-таки это ваш личный проект?

В принципе, да. Несколько лет назад я закрыл клуб, потому что выполнил все поставленные цели и чувствовал себя в нем музейным работником. А этой весной понял, что пора либо закрыть клуб навсегда, сделать из него помещение для репетиций и позвать музыкантов, либо вернуть его к жизни. Друзья просили не закрываться.

Группа «ФБР» будет выступать? А кто еще?

Да, будет. В планах — приглашать западных музыкантов, как возят их в «Дом». Мне интересна современная живая музыка. Вот очень впечатлил концерт Cleaning Women.

А как же рок-идолы?

Мне всегда нравились King Crimson, но на их концерт я не пошел, и на Патти Смит тоже. Для меня этих музыкантов привезли слишком поздно: нет больше прежнего трепетного отношения, это уже не современность, а музейные экспонаты.

Дубосарский известен своей коммерческой жилкой, а вы готовы работать со спонсорами?

Никто из моего окружения с этим не сталкивался, но теоретически это возможно, я не имею ничего против.

А как вам современные ночные клубы?

Я знал времена, когда выбирали между сосисочной и пельменной, поэтому могу только радоваться тому, что сейчас столько клубов и у каждого есть выбор. Вообще у меня никогда не было задачи «клубиться», просто однажды закрылись «Эрмитаж» Светы Викерс и «Птюч», и все пришли к нам. Я, наоборот, ждал, что вот-вот появятся новые заведения и все радостно отправятся туда, где им интересно. Но даже сегодня у нас не так много конкурентов: «О.Г.И.», «Дом», «Летчик», «Культ»…

Вас часто сравнивают с Петром Мамоновым…

Мы действительно чем-то похожи, но общаемся редко. В свое время он приглашал меня играть в спектакле «Есть ли жизнь на Марсе?», но я отказался — работа слишком кропотливая.

А в кино могли бы сняться?

Да уж, персонаж я фактурный — снялся бы, если бы нашелся подходящий фильм. Например, в экранизации Майнринка или Лавкрафта.

Что вы теперь чаще пьете: водку или пиво?

Кампари без сока. Пиво вообще не люблю, по поводу водки считаю, что ее русским пить нельзя, вот коньяк или виски — да. Но с друзьями, сами понимаете, выпью что угодно.