Импорт Экспорт

О событии

На фестивале Dance Inversion - новый спектакль бельгийской труппы.

Три недели назад Les Ballets C. de la B. («Современный балет Бельгии») уже посещал Москву. Тогда его привозил фестиваль «Территория». Именно в той программе был спектакль Алана Плателя «VSPRS», в котором бельгийские артисты лазали по белым мохнатым горам, вспоминали в речах Дядю Степу и Чапаева и занимались коллективной мастурбацией под музыку Монтеверди. Сейчас Les Ballets C. de la B. со спектаклем «Импорт/Экспорт» привозит фестиваль Dance Inversion. Правда, поменялся хореограф: бывший танцовщик труппы Коэн Аугустийнен сменил создателя театра Алана Плателя. Но те, кому понравился предыдущий спектакль, могут смело идти и на этот раз: «Импорт/Экспорт» — все о том же, так же и там же.

В аккомпанементе снова живая и хорошая музыка в современной переработке. Теперь бельгийцы взяли композиторов французского барокко — Шарпентье, Клерамбо, Ламбера и Куперена. Их сочинения покрошили, перемешали и раздвинули паузами — получилась партитура для струнного квартета и контратенора (Стив Дугарден).

Коэн Аугустийнен — историк по образованию, прошедший череду мастер-классов у ведущих хореографов: он посещал занятия Вима Вандекейбуса, Мина Танаки, Сюзанны Линке. Впрочем, основной опыт сочинения танцев он приобрел в процессе работы в Les Ballets C. de la B. — смотрел, как ставит Платель, и учился сам. А еще он неравнодушен к чужим бедам. И «Импорт/Экспорт» — спектакль о социальной несправедливости. Впрочем, только социальной темой дело не ограничивается.

На сцене контейнеры и ящики, нагромождение коробок. Шесть нелегальных иммигрантов плывут в трюме какого-то судна. Один мужчина еле передвигается на костылях; женщина колотится в конвульсиях; сам Аугустийнен изображает преследующего женщину отвратительного сутенера. Они враждебны не только внешнему миру, но и друг другу. Когда кто-то бьется в агонии, остальным до этого нет дела. У каждого свое страдание, свое судорожное соло. Тех, кто не выдерживает, просто выкидывают за борт. Среди этого концентрированного людского несчастья невозмутимо музицируют четыре гламурные дамы (квартет Kirke) и бродит контратенор. Но с уверенностью идеалиста Аугустийнен утверждает, что нет, способно в людях прорезаться что-то доброе. И внезапно образовавшиеся дуэты вдруг переходят от жестокости к нежности. Это похоже на иллюстрацию старинной русской поговорки «Бьет — значит любит». Впрочем, Аугустийнену, вероятно, виднее.