Морская

О книге

Сборник стихов, построенных на архаичных оборотах, современном просторечии и терпком тюркском мате.
"Евгений Мякишев пишет в изысканных традициях русской барковианы", - уверяет в предисловии к четвертой книге поэта Алексей Плуцер-Сарно, составитель "Словаря русского мата". Другие различают за спиной Евгения тени Мандельштама, Маяковского с Заболоцким и даже Гоголя. А строгий критик Виктор Топоров считает Мякишева наследником Горбовского и Бродского, причем ставит на одну доску с последними.

Раздел I сборника - собственно цикл "Морская", сюжетный и удивительно цельный. С героиней и музой автор обращается похлеще, чем Шекспир со своей Смуглой леди. "В Твери, в заколдованном старом саду" живет "Марина скверная - / Облезлая, поджарая, притворная, неверная". "Маринка, чудовия тварь", "сестрена недоступная". Из Петербурга ей шлют стихи. Дразнящие, полные смертной тоски и отчаянно живой нежности, шершаво-царапучей и сладкой уху звукописи, "мясного месива" и "горней красы".

С размашистой точностью в классические размеры, архаичные обороты и современные просторечия вписан "терпкий тюркский мат". Результат завораживающе органичен. Эстетика постмодерна тут ни при чем: Мякишев сведущ в дремучей магии запретных слов и умело применяет знание на практике.

Разделы II и III - "Из книги посвящений" и Obscenium - состоят из лирики и ласково-глумливых поэз, адресованных Геннадию Григорьеву, Юлии Беломлинской, Галине Илюхиной и прочим достойным людям. Изрядная часть посвящений написана вместе с Михаилом Болдуманом, давним соавтором Евгения.

Спецпроект

Загружается, подождите ...