Идиот

О спектакле

Роман Достоевского, переписанный Елизаветой Вергасовой, стал для французского хореографа Режиса Обадиа партитурой к драмбалету, а для молодых артистов РАМТа - отличным уроком хороших пластических манер. Денис Баландин прекрасно играет князя Мышкина, а Ирина Низина не хуже балетных вытанцовывает свою Настасью Филипповну.

Режиссер Обадиа никогда не работал в драме. Он хореограф, но сцены музыкального театра ему было мало. Потому убегал на экран, став одним из классиков французского видеоданса: в фильмах можно кроить пространство и ритм, как пожелаешь. В Идиоте он кажется Дэвидом Копперфильдом, сознательно ограничившим себя сценическим временем и текстом Достоевского. Задача Обадиа выпутаться; в финале  зритель должен воскликнуть: ну  надо же, ну и трюк! Однако эмоции возникают другие: не расшибся, и ладно.

Маленькая толпа бегает кругами по сцене, Настасья Филипповна падает на пол как подкошенная и ползет, мужчины грубо тискают облепивших их женщин. Танцам доверено демонстрировать беспощадность жизни то, что загнало  в лечебницу бедного князя Мышкина. Им противостоят разговорные сцены, в которых Мышкин должен побеждать темный мир своим светлым идиотизмом. Но  инсценировка, сделанная женой Обадиа Елизаветой Вергасовой, обваливается на актеров глыбами текста: они честно декламируют, а что играть не знают. Постановщик больше занимался жестами, чем интонациями и словами. Поэтому первое действие, в котором меньше реплик и больше движения, смотрится гораздо лучше второго.

Спецпроект

Загружается, подождите ...