Драгоценности

О спектакле

Шесть лет назад Мариинский впервые после New York City Ballet собрал их вместе. А теперь вот, пожалуйста: в конце октября их примеру последовал главный классический балетный театр мира - Парижская опера.

В афише одно название — «Драгоценности», но в вечере три балета: «Изумруды», «Рубины», «Бриллианты». «Изумруды» на музыку «Пеллеаса и Мелизанды» и «Шейлока» Габриэля Форе — баланчинское посвящение Франции, мечта о стране, где балет родился. «Рубины», сложенные на «Каприччио» Стравинского, — приношение Америке, где балет самим Баланчиным и был создан. И, наконец, «Бриллианты» на музыку Третьей симфонии Чайковского — воспоминания о России, о петербургском балете.

И хотя все это стилизации (под их поверхностью все тот же парадный и насмешливый стиль Баланчина), большинство театров мира до последнего времени брало в репертуар лишь какой-нибудь один из балетов, наиболее близкий к традициям конкретной труппы. Шесть лет назад Мариинский впервые после New York City Ballet собрал их вместе. А теперь вот, пожалуйста: в конце октября их примеру последовал главный классический балетный театр мира — Парижская опера; а под занавес сезона все три вида драгоценных камней блеснут в главном европейском авторском театре — у Джона Ноймайера в Гамбурге. То есть нынешний европейский сезон смело можно назвать сезоном «Драгоценностей».

В Мариинском в галантных танцах зеленой Франции появится Дарья Павленко. У нее в репертуаре есть и статусные «Бриллианты» — но вот это тихое и лукавое плетение танца, еще — королевской забавы, уже — высокого искусства, так идет Павленко, что других камней балерине и не пожелаешь. Острые акценты алых американцев, ковбойское цоканье и бродвейское выбрасывание бедер достанутся троице восходящих звезд — к уже сияющим вовсю Олесе Новиковой и Леониду Сарафанову добавится впервые получившая партию в этом балете Екатерина Петина. А за белоснежный русский балет ответят Ульяна Лопаткина и Игорь Зеленский. Баланчин и так отдал давней своей родине самые торжественные и звонкие танцы — а тут уж точно будет ясно, какую школу он считал самой лучшей.