Джефф Уолл

О событии

Хитом биеннале можно считать выставку Джеффа Уолла, который то ли разрушает традиции, то ли их реанимирует.

Джефф Уолл — очень известный в России художник. Четыре года назад его работу, показанную на немецкой территории знаменитой выставки «Москва — Берлин», не пустили в Исторический музей, где размещалась российская часть проекта. Большая, размером 3 х 4 м, работа называлась «Картина подразделения десантников Красной армии, попавшего в засаду в Афганистане зимой 1986 г.». Ее грубый натурализм — развороченные кишки, снесенные черепа — так потряс соответствующие органы, что в Москву страшную штуку не повезли.

Не будет ее и сейчас на большой персональной выставке «специального гостя» Биеннале. А жаль, потому что в оскорблении национального достоинства советского человека Уолла обвинить нельзя. Просто этот заклятый концептуалист занят своим не совсем веселым делом — исследованием смысла искусства. Именно в этих целях он тщательно расставлял и раскладывал статистов в мундирах Советской армии, потом фотографировал получившуюся сцену, работал с «Фотошопом» и затем отпечатал получившуюся картину в огромном формате. И переплюнул по силе воздействия нашего Верещагина.

Еще от Уолла досталось Эдуарду Мане, Теодору Жерико, Густаву Курбе и почти всем классикам фигуративной живописи. Французы и прочие «музейные» народы, с национальным достоянием которых этот канадец бессовестно манипулирует, не обижаются. Ведь проблему он ставит очень серьезную: насколько правдива фотография и что такое реалистичная картина. Любую, самую убедительную фотку запросто можно сфальсифицировать — так, что сама реальность по сравнению с нею покажется жалкой пародией. Даже солидные информагентства попадаются порой на таких штучках. Уолл (кстати, верный ученик наших авангардистов, которые тоже отталкивались от фотожурнализма) доказывает еще более ужасную вещь — драгоценную классическую картину тоже очень даже можно изобразить с помощью приемов фотоискусства. То есть коварный постмодернист посягает на самое святое.

Однако в последнее время музейные провокации и манипуляции, похоже, Уолла изрядно утомили, и он перекинулся на сцены уличного насилия и прочие понятные сюжеты. Выхваченные случайным взглядом уличные потасовки, тело, распростертое на полу какой-то неприбранной кухни. Все эти сюжеты только на первый взгляд кажутся пустыми, простыми и банальными. Но затягивают в себя ничуть не менее радикально, чем картины малых и больших голландцев, которые из таких незначительных сюжетов и делали великое искусство. Главное — хорошо присмотреться. Точно так же, как и к фотокартинам Джеффа Уолла, который на производство каждого сюжета тратит едва ли не по полгода. Ищет подходящую натуру и натурщиков, подбирает костюмы и декорации, выстраивает свет, композицию. Совсем как какой-нибудь старый мастер.