Униженные и оскорбленные

О спектакле

Авторы мюзикла убрали все слова Достоевского, и сочинили на основе сюжета свой собственный роман в стихах.

Униженных и оскорбленных известный композитор Александр Журбин написал совместно с питерским драматургом Вячеславом Вербиным к 300-летию Петербурга. В такой партитуре мюзикл уже ставили — в питерском Театре Ленсовета (там его озаглавили Владимирская площадь) и в провинции. Так что в Москву спектакль прибыл с некоторым опозданием. К чести его авторов надо сказать, что постарались они на совесть — и сделали, что смогли. Резонно решив, что на оригинальный текст не споешь ничего разудалого или лирического, они начисто убрали слова Достоевского и сочинили на основе сюжета свой собственный роман в стихах. Есть тут и запоминающиеся, так сказать, хитовые куплеты. Но главное в другом: драматург старался сохранить сюжетную линию, а композитор — написать такую музыку, чтобы зритель не повесился от тоски по несчастным персонажам русской классической литературы, но слезу все-таки пустил. Как не пожалеть несчастную девочку Нелли, сироту, которая вынуждена работать проституткой, хотя на самом деле является внебрачной дочерью князя? Как не спеть ей на душещипательный мотив: Разбилась жизнь-тарелочка, и пальчики в крови, зачем жила ты девочка, хотевшая любви?

Посмотреть московский спектакль будет непросто: театр Чихачева находится в районе станции метро Рязанский проспект — от метро еще нужно прилично пройти и при этом не заблудиться. Мюзикл отчего-то играют в фойе, способном вместить в себя не больше ста зрителей. Довольно странное пространственное решение — ведь у театра есть своя а Униженные — спектакль совсем не на троих. Вот и возникает на сценической площадке толкучка, подобная той, что можно увидеть на рынке, мимо которого лежит путь к театру. Впрочем, все три часа зрелища актеры играют, что называется, экспрессивно. Пожалуй, это главное достоинство спектакля. Говорят, их так увлек материал, что они поехали в Петербург — по местам Достоевского. В остальном это действо мало похоже на то, что обычно понимается под словом мюзикл: нет блестящих голосов, а из танцев — только цыгане с медведем. Правда, есть большие движущиеся разводные мосты и проплывающая между ними лодка с мертвыми мамой и дедушкой Нелли. Это единственный, уж простите, аттракцион спектакля — маловато для претензии на Бродвей. Зато есть мелодрама. Чистый жанр. Беспроигрышный.