Москва
Москва
Петербург
q Театр Et Cetera u u u u u Мнение редакции На карте
25

Подавлять и возбуждать

Александр Калягин сыграл в спектакле по пьесе Максима Курочкина — драме невинного содержания с крамольным названием.

Один большой артист приехал в маленький город. Его просят выступить на вечере в честь местной театральной знаменитости. Столичный гость, которого играет Калягин, наотрез отказывается, хотя чествуемый персонаж — его бывший однокашник, к тому же серьезно нездоровый. Вместо того чтобы наступить своей гордости на горло, Хороший актер (так зовут главного героя) мучается чувством вины и даже начинает ходить к врачу. От психиатра мы очень кстати узнаем, что все человеческие чувства вызываются двумя рычагами — «подавлять» или «возбуждать». С этой печальной истиной нас и оставят, как с ношей, которая тяжела, а бросить нельзя.

Пьесу специально для калягинского театра написал известный драматург Максим Курочкин. Он известен не только как автор «Кухни» с Олегом Меньшиковым и «Имаго» с Анастасией Вертинской. Курочкин — фактически единственный молодой (тридцать с небольшим — это молодой) автор пьес, у которого остроумие и формальная изощренность сочетаются с глубоким пессимизмом. Мало того, этот рефлексирующий гуманитарий с двумя образованиями за плечами (исторический факультет и Литинститут) — еще и прирожденный перформер, сумевший превратить свое естественное смущение перед публикой в фирменный актерский прием. Именно поэтому (да и просто за хорошую фактуру) его приглашают сниматься в кино: в «Гололеде» Михаила Брашинского он был мутным гэбистом в желтой рубашке, подсыпавшим героине Толстогановой стекла в мороженое, у Веры Сторожевой в «Небо. Самолет. Девушка» — подловатым журналистом. Вот и объяснение феномена популярности читок пьес Курочкина, на которые обычно не протолкнуться: их интересно слушать, весело смотреть, и к тому же в них обычно участвует сам автор.

В Et Сetera народ придет особенный. Главная и подавляющая часть публики — разумеется, на Калягина. Только им не стоит ждать комедии: все-таки в пьесе про театр и про людей театра попыток самоосознания и сарказма куда больше, чем шуток. Да и председатель СТД играет человека, достигшего успеха, но так и не поймавшего счастье за хвост, нового Платонова — маленького, но большого, дурацкого, но трагического.

Вторая часть захочет нормального спектакля на большой сцене — и разочаруется: ни тебе связной интриги, ни эффектов, одни монологи героя на почти пустой сцене да бесконечная ругань с женой. Плюс ощущение, что режиссер тут — фигура, мягко говоря, необязательная.

Ну а третья — та самая, что любит парадоксы курочкинских пьес, — окажется в меньшинстве, но стойко продержится до конца. Возможно, у нее на то не так много оснований: все-таки на заказ Максим Курочкин пишет не так задорно, как «для себя». Но у каждого большого автора должны быть свои галеры.

15 января 2007,

Афиша

Места

Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация