Москва
Москва
Петербург

Павел Челищев

В галерее "Наши художники" показывают работы самого благородного, странного, романтичного и эротичного из русских французов.

Павел Челищев жил долго. Он успел поучиться у «амазонки авангарда» Александры Экстер, вступить в Белую армию, поработать с Дягилевым, стать американским гражданином и во время хрущевский оттепели подарить свою главную картину Третьяковской галерее. По эмигрантским меркам он был удачлив — не голодал, театральные заказы выполнял на своих условиях, галереи и журналисты приходили сами, а в нью-йоркском Музее современного искусства его вернисаж собрал больше публики, чем открытие выставки Дали.

Список знакомых и друзей Челищева напоминает энциклопедию искусства ХХ века. Он испробовал если не все, то многое: кубофутуризм в начале 1920-х, изображения странных уродцев в конце, в середине 30-х увлекся сюрреализмом, потом был яркий «неоновый период». Но все это детали частной творческой жизни — имя Челищева явно не связано ни с одним направлением искусства прошлого века. С русским авангардом он покончил, записавшись в армию, в Париже потомок благородной фамилии шарахался от всего красноватого, в том числе и приезжающих соотечественников, а сюрреалисты не приняли его как своего — якобы из-за гомофобии Андре Бретона. Но скорее потому, что жил художник своей жизнью, в отличие от многих современников не слишком увлекался новинками, предпочитая им странности.

На выставке в Борках представят трансформированные и раздвоенные головы, «внутренние» пейзажи, двойные фигуры, многочисленных клоунов и нимф. Челищев искал идеал в самых удивительных направлениях. Поэтому изображений всяких эротических фриков на выставке будет больше, чем вошедших в справочники «измов». Особенно много чудаков разного рода, в том числе бывших друзей и любовников, в автобиографической «Феномене» из Третьяковской галереи.

Занятно, что почти все полсотни картин, предоставленных для выставки отечественными коллекционерами, когда-то хранились в частных западных собраниях. «Корзинка с клубникой» так и вовсе висела у Гертруды Стайн рядом с Пикассо. Процесс концентрации произведений на родине в частных руках не повлияет на международный статус художника, благо его работы есть и в парижском Центре Помпиду, и в нью-йоркском МОМА. А в России они помогут восполнить страстную любовь отечественной публики к пропущенному (по уважительным причинам) нашим искусством сюрреализму — национальному по форме, эротическому по содержанию.

14 ноября 2006,
Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация