Фестиваль "Владимир Спиваков приглашает"

О событии

На спиваковском фестивале, щеголяющем звонкими музыкальными именами, в один-единственный день подадут друг другу руки танцовщики Большого и Мариинки.

Когда со всех сторон нависает опера и симфоническая музыка, танцевальный народ сплачивается и объявляет "водяное" перемирие. Это бывает редко, так редко, что помнят подобные случаи только старые удавы и балетные критики. Но так будет на спиваковском фестивале, щеголяющем звонкими музыкальными именами: в один-единственный день подадут друг другу руки танцовщики Большого и Мариинки.

Ульяна Лопаткина и Николай Цискаридзе вместе танцевали аж восемь лет назад. Тогда продюсеры хотели свести вместе двух восходящих звезд, и звездам не понравилось до такой степени, что дальше они работать вместе категорически отказались. Теперь, уже в статусе главных лиц в своих театрах, они все-таки соединятся в небольшой сцене, сочиненной Джоном Ноймайером - "Павлова и Чекетти": великой балерине не менее знаменитый балетный учитель дает урок. Когда-то эту сцену гамбургский гений подарил еще не окончившей школу Лопаткиной. Балетный станок на сцене, бархотка на шее, брошенная шаль - и магия ежедневного класса, с которого все начинается. Отношения учителя-ученицы, равенства-неравенства выясняются исподволь, в воздухе чуть дрожит напряжение. Вряд ли Лопаткина и Цискаридзе когда-нибудь это повторят, так что пропустившие вечер будут до старости кусать себе локти.

Но не только "Павлова и Чекетти" притянет народ в Дом музыки. Самая нежная балерина Большого Светлана Лунькина и премьер Мариинки Андриан Фадеев появятся в дуэте из "Ромео и Джульетты" (Фадеев иногда склонен засыпать на сцене, но если вдруг что-то в нем вздрагивает - он способен выдать настоящий трагический драйв). Международная звезда, иногда освещающая сцену Мариинки, Игорь Зеленский станет баланчинским Аполлоном, в ролях трех муз-лошадок, которых он запряжет в свою невидимую повозку, - Дарья Павленко, Виктория Терешкина и Яна Селина. Лопаткина с Зеленским еще выйдут в "Бриллиантах". Ближе к финалу Цискаридзе вспомнит своего давно не исполнявшегося, дивного, чуткого, взлетающего как пар над водой и колышащегося как отражение в речке Нарцисса. А Лопаткина снова побудет Умирающим лебедем. То есть потихоньку выяснять, кто главный, они все-таки будут. Но без когтей. Ведь кругом - симфоническая музыка.