Книга о бамбуке

О книге

Лучшая после Сэлинджера и Пирсига интерпретация канонов дзен-буддизма, облеченная в литературную форму. Полудетективная история о самурае, знатоке целебных свойств бамбука, и японском принце, отправившемся в монастырь, чтобы достичь Просветления.

Лучшая после Сэлинджера и Пирсига интерпретация канонов дзен-буддизма, облеченная в литературную форму. Полудетективная история о самурае, знатоке целебных свойств бамбука, и японском принце, отправившемся в монастырь, чтобы достичь Просветления. Сербский автор на полном серьезе попытался создать аутентичный «японский» текст, приправив его старомодно-респектабельными постмодернистскими штучками: «Гамлета» в его книге ставят в театре Но, а «Книгу чудес» Марко Поло переводят на японский. Но все это уходит на второй план — писатель фокусирует внимание на своих персонажах и вполне просветленном рассказчике. И при этом никакого панибратства в обращении с первоисточниками, никакой европейской пошлости, никакой подгонки под нью-эйджевские стереотипы.

«Книга о бамбуке», пожалуй, первый из известных русскому читателю сербских романов, который выходит за рамки местечкового «балканского мира». Здесь нет ни чувственного барокко Павича и Петровича, ни цыганщины и прочих фольклорных сумасшествий а-ля Брегович-Кустурица. Зато есть тишина, сосредоточенность и великолепно выстроенная, «звенящая» структура текста. «Книга о бамбуке» — роман свежий и отрезвляющий, как звон гонга.

По непонятным причинам русские издатели снабдили книгу подзаголовком: «Дзен-буддистский боевик». При знакомстве с таким титулом немедленно представляется похмельный Брюс Ли, цитирующий книгу писателя-митька Владимира Шинкарева «Максим и Федор». Представления эти, к счастью, не оправдываются. Охочий до быстрого чтения потребитель застывает в недоумении: вместо усыпанного попкорном кинозала он оказывается в пустынной зале для медитации дзен. И выходит из нее на солнечную поляну. Принц обретает просветление. Читатель получает удовольствие.