Москва
Москва
Петербург

Романс

На этой пластинке Кондаков один, его фортепьяно больше не несет ограничивающую функцию аккомпанемента, композиция не связана идеями других авторов. Звук на диске, вся музыка для которого была написана специально, получился плотным, густым, но нежным, во многом европейским.
На первом сольном диске Андрея Кондакова в фокусе совсем не русский романс. В фокусе английское слово romance, не отсылающее к тарантиновой "Настоящей любви", но такую любовь означающее. Сольная лирика этого петербургского пианиста и композитора составляет большую часть альбома. Такая форма позволяет услышать участника дюжины проектов Кондакова в необычном и новом образе. Музыкальные коллективы, в которых он играет, строятся, главным образом, на двух принципах. Либо это тесное взаимодействие участников: например, дуэт с американским гитаристом Полом Болленбеком или трио с Владимиром Волковым и Вячеславом Гайворонским, собравшее трех академических композиторов, занятых свободным джазом. Либо мощная традиция: квартет Blues for Four с Игорем Бутманом, Эдди Гомесом и Лени Уайтом; бразильский проект с латиноамериканскими звездами. Но на этой пластинке Кондаков один, его фортепьяно больше не несет ограничивающую функцию аккомпанемента, композиция не связана идеями других авторов. Звук на диске, вся музыка для которого была написана специально, получился плотным, густым, но нежным, во многом европейским. Поскольку джаз — живое, полное аллюзий явление, лучшим описанием будет поиск влияний, возможно, мнимых, и связей с прошлым. Первые минуты звучания производят впечатление, что Андрей Кондаков стоит на плечах такого сутулого гиганта как Билл Эванс — лирическая филигранная фразировка правой, скупые уместные созвучия левой. На первом сольном диске Андрея Кондакова в фокусе совсем не русский романс. В фокусе английское слово romance, не отсылающее к тарантиновой "Настоящей любви", но такую любовь означающее. Сольная лирика этого петербургского пианиста и композитора составляет большую часть альбома. Такая форма позволяет услышать участника дюжины проектов Кондакова в необычном и новом образе. Музыкальные коллективы, в которых он играет, строятся, главным образом, на двух принципах. Либо это тесное взаимодействие участников: например, дуэт с американским гитаристом Полом Болленбеком или трио с Владимиром Волковым и Вячеславом Гайворонским, собравшее трех академических композиторов, занятых свободным джазом. Либо мощная традиция: квартет Blues for Four с Игорем Бутманом, Эдди Гомесом и Лени Уайтом; бразильский проект с латиноамериканскими звездами. Но на этой пластинке Кондаков один, его фортепьяно больше не несет ограничивающую функцию аккомпанемента, композиция не связана идеями других авторов. Звук на диске, вся музыка для которого была написана специально, получился плотным, густым, но нежным, во многом европейским. Поскольку джаз — живое, полное аллюзий явление, лучшим описанием будет поиск влияний, возможно, мнимых, и связей с прошлым. Первые минуты звучания производят впечатление, что Андрей Кондаков стоит на плечах такого сутулого гиганта как Билл Эванс — лирическая филигранная фразировка правой, скупые уместные созвучия левой. Но вслушиваясь, понимаешь, что не менее важным оказывается игравший в квартете Колтрейна Маккой Тайнер: нарастает количество широких и многозвучных аккордов, выходит на первое место гармония. Маятник качается от "эванса" к "тайнеру" и во время одной пьесы, и от дорожки к дорожке. При этом, даже когда в паре композиций к Кондакову присоединяются то Болленбек, то Гомес, дежа вю концертов Эванс-Джим Холл или Эванс-Гомес в Монтре не возникает. Пластинка в целом ориентирована скорее на очарование внимательного ума, чем на телесное переживание свинга. Интеллектуальность подчеркнута тем, что самый качающий трек неожиданно называется "В библиотеке".

Но вслушиваясь, понимаешь, что не менее важным оказывается игравший в квартете Колтрейна Маккой Тайнер: нарастает количество широких и многозвучных аккордов, выходит на первое место гармония. Маятник качается от "эванса" к "тайнеру" и во время одной пьесы, и от дорожки к дорожке. При этом, даже когда в паре композиций к Кондакову присоединяются то Болленбек, то Гомес, дежа вю концертов Эванс-Джим Холл или Эванс-Гомес в Монтре не возникает. Пластинка в целом ориентирована скорее на очарование внимательного ума, чем на телесное переживание свинга. Интеллектуальность подчеркнута тем, что самый качающий трек неожиданно называется "В библиотеке".

12 июля 2006,

Персона

Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация