Отелло
Time Out

О спектакле

Порой томительный, порой завораживающий спектакль Бутусова, который в Отелло увидел самовлюбленного мажора.

Режиссер Юрий Бутусов, о котором последние сезоны говорит вся Москва, вновь выпустил премьеру — «Отелло». Это уже его третья, вслед за «Ричардом III» и «Королем Лиром», интерпретация трагедий Шекспира на сцене «Сатирикона». Как и прежде, место и время происходящего для режиссера вполне условны. Он не настаивает ни на наших днях, ни на эпохе Венецианской республики, в которую Шекспир погружает свою историю о любви мавра — заслуженного вояки Отелло и юной венецианки Дездемоны.

Бутусов и его постоянный соавтор, сценограф Александр Шишкин, творят на подмостках собственный мир: суматошный, смешивающий стили, моды, музыку разных эпох, захламленный утварью всех времен, похожий на склад декораций, — мир вечных человеческих вопросов. В ревнивце Отелло, из-за клеветы своего помощника Яго задушившем прекрасную и невинную жену Дездемону, режиссер разглядел самоуверенного и самовлюбленного мажора, привыкшего козырять своими заслугами и пользоваться теми, кто в них поверил. Дездемону он попросту уболтал рассказами о своих и приписанных себе подвигах.

Стильный и точный Денис Суханов — Отелло перед свиданием с впечатлительной девицей тщательно подбирает элегантный костюм, шейный платок и аккуратно красит лицо черной краской, чтобы довершить портрет героя, пробившегося из самых низов. Яго в прекрасном исполнении Тимофея Трибунцева — честный солдат, прикрывавший в боях своего командира. Он затевает интригу против Отелло не из природной подлости, а потому, что тот не постеснялся однажды подкатиться к его жене Эмилии. Сомнение в ее верности истерзало душу Яго, и он мечтает отомстить мавру той же монетой. Он поджаривает мавра на медленном огне сомнения, распаляя его ревность придуманными подробностями измены, и наслаждается его муками. И в этом мстительном угаре уничтожает все и всех вокруг.

Бутусовский «Отелло» — спектакль пока неровный, порой томительный, порой завораживающий красотой. Но в его живом, избыточно-суетливом мире жалость к двум ослепленным мстительностью убийцам найти можно, а оправдание — нет.

Фото Сергея Петрова