Carus, или Тот, кто дорог своим друзьям
Time Out

О книге

Дневник впечатлений Паскаля Киньяра, написанный им 30 лет назад, ориентирован больше на читателя, чем на самого автора.
Роман был написан Киньяром в 1979 году, то есть перед нами Киньяр 30-летней давности, еще не получивший Гонкуровской премии, еще не утвердившийся в статусе ведущего французского писателя (каковым он, вне всяких сомнений, и может считаться сегодня), еще не начавший свои эксперименты с романным письмом, которые уведут его достаточно далеко от канонической романной формы. Это не Киньяр, решившийся на фундаментальный многотомный проект «Последнее царство», и не Киньяр – автор романов «Лестницы Шамбора» и «Все утра мира». Начать с того, что по форме «Carus» — это дневник. Дневник впечатлений, ориентированный больше на окружающих, чем на самого автора дневника. Собственно, это заметки рассказчика о близких друзьях, их проблемах, переживаниях, успехах, неудачах. «Carus» — вещь не вполне обыкновенная и не без налета снобизма. Собственно, не случайно роман заметили в первую очередь критики. Интеллектуализм, причем иногда доходящий до какого-то мелочного педантизма, здесь как будто намеренно выведен на первый план. Обсуждение разного рода тонкостей и изысканностей (например, языковых нюансов, лексических, грамматических, орфоэпических) занимает существенную часть повествования. Киньяр рисует персонажей не просто знающих и культурных, но, так сказать, как будто полностью культурой поглощенных. Где-то в тени, в глубине остаются проблемы экзистенциального плана, разумеется, дающие знать о себе. Напряжение же создает конфликт между культурой (интеллектуальными разговорами) и экзистансом, жизнью как таковой. Достигает этого Киньяр довольно простым способом. Существует компания интеллектуалов. Гуманитариев. Один из этого тесного круга болен. Болезнь повергает его в депрессию. Он постоянно думает о смерти, томится страхом, размышляет на разные лады о своем страхе, обреченной на угасание жизни, и этими размышлениями как будто пытается победить болезнь. Но в то же время эта постоянная рефлексия, эта зацикленная сосредоточенность на себе и есть проявления болезни, подрывающей здоровье и цельность личности. Поэтому друзья одновременно и сочувствуют, и раздражаются на больного.

Смерть — один из лейтмотивов повествования, доминанта нарративной мелодии, в которую вплетаются другие темы: страсть, искусство, музыка, слово, хрупкость человеческого существования, одиночество, на которое обречен человек. Этот танец вариаций и образует прихотливую ткань киньяровского рассказа. Рассказа, может быть, слишком монотонного, кажущегося к тому же порой слишком надуманным, нарочитым, искусственно подстраивающимся под жизнь. Пройдет почти двадцать лет. Киньяр будет госпитализирован с сердечным приступом, окажется на пороге жизни и смерти, и пережитый опыт заставит его в частности кардинально изменить структуру художественного письма. Он напишет роман «Тайная жизнь», который, по существу, можно считать первым томом его философско-прозаического проекта «Последнее царство». В него войдут получившие Гонкуровскую премию «Блуждающие тени» и «Лодка Харона» — единственный на сегодняшний день том «Последнего царства», переведенный на русский язык.