Оркестр Большого театра
Time Out

О событии

К первому из серии симфонических концертов на исторической сцене оркестр театра готовится, как к выпускному экзамену. В программе Стравинский и Чайковский.
Историческая сцена Большого театра, с помпой открытая осенью прошлого года и предъявившая все технические чудеса, на которые способны сегодня театральные технологии, как выясняется, таит в себе немало сюрпризов — помимо своего нормального функционирования в рамках оперных и балетных спектаклей она за одну ночь может преобразиться в концертную площадку высокого класса. Собственно, пару раз это уже было продемонстрировано широкой публике — к вящему удивлению двухтысячного зала за тяжелым бархатным занавесом обнаружилась обтекаемой формы конструкция в стиле хай-тек — так называемая акустическая раковина. Несколько вводящая в ступор контрастом с пышной ампирной позолотой и бархатным убранством лож, она функционирует как нельзя лучше — благодаря ей звук разместившегося на сцене симфонического оркестра добирается до самых последних рядов галерки, а не вязнет в районе Царской ложи, будучи заглушенным губительными для оркестрового звучания драпировками. Опробовали акустическую раковину дважды оркестр и хор миланского театра La Scala — оба раза с отличными результатами. Теперь театр начинает пробовать в концертном формате свои собственные коллективы.

Оркестр театра, последние несколько лет исправно играющий симфонические программы в различных концертных залах города, готовится к выступлению у себя дома как к выпускному экзамену — объявленный не так давно концерт начали репетировать аж за полтора месяца — событие для Большого, где из-за количества спектаклей и репетиций все функционирует как на фабрике, неслыханное. Репетировать есть много чего: программа, состоящая из сочинений Чайковского и Стравинского, только на первый взгляд кажется элементарной и следующей всем академическим стандартам. Что является ежедневным рационом для симфонических коллективов, то ново для оперно-балетного оркестра, сутки проводящего в яме. Например, блестящее Итальянское каприччио Чайковского, одна из его лучших оркестровых миниатюр, или Вариации на тему рококо для виолончели с оркестром — в которых театр представляет свою персональную гордость, недавно поступившего в Большой концертмейстера группы виолончелей Петра Кондрашина, параллельно работе в оркестре выступающего и как солист. Во втором же отделении главный дирижер театра Василий Синайский, инициировавший весь вечер, выкладывает на стол свою персональную козырную карту — балет Стравинского «Весна священная», который помимо физической выдержки и огненного темперамента требует недюжинных оркестровых ресурсов: бесстрашной группы медных духовых (Стравинский прописал им дьявольски сложные партии) и мощнейших струнных, от звука которых должны дрожать стены и трепетать души. Весной следующего года оркестру предстоит играть Стравинского уже в новой балетной постановке на Новой сцене театра — посему готовиться к этому надо загодя, ибо знаменитый на весь мир балет никогда не появлялся в афише Большого, и его премьера обещает стать большим событием.

На фото Василий Синайский