Москва
Москва
Петербург
Смотреть фотогалерею

Брассай. Ретроспектива

Выставка классика мировой фотографии, который первым снимал настоящий ночной Париж — затаившиеся во мраке тени, проститутки, клошары.

Уроженец трансильванского Брассо, Дьюла Халас учился живописи в Будапеште, затем в международной мекке нового искусства — Берлине. Рисовал, писал, общался с еще не ставшими великими радикалами, совершенно не интересовался фотографией, только входившей в сферу интересов авангардистов. После переезда в Париж на жизнь зарабатывал журналистикой. Жизнь изменило знакомство со знаменитым земляком Андре Кертесем.

Сменив трудновыговариваемое имя на позаимствованный у родного города псевдоним, Брассай приобрел камеру в 1929-м, а уже в 1932-м — после выхода книги «Париж ночью» — проснулся знаменитым: ночной город до него, как ни странно, практически никто не снимал. Несколько лет отданы были странной и опасной работе: съемкам баров, борделей, тихих, но не совсем, впрочем, пустых улиц — населявшие изнанку Парижа персонажи не собирались выходить из тени, к фотографу привыкали постепенно. Чудо Брассая возникло из световых контрастов ярко освещенных баров и темных таинственных пейзажей, блистательных сценических эффектов и смущающего ощущения вуайеризма, колорита запретного для посторонних города.

Первый успех кавалера Ордена искусств и литературы, Ордена почетного легиона и французской Большой национальной премии по фотографии оказался самым громким, хотя работал он долго и хорошо — почти двадцать лет фиксировал граффити, оставил бесценный архив портретов знаменитых коллег, в том числе — Дали и Пикассо, в годы войны вернулся к рисованию , экспериментировал со скульптурой. Дружба с великими художниками, новаторский дух эпохи толкали Брассая на поиски — его сюрреалистические натюрморты тоже покажут на выставке. Но интересовался он скорее реальностью, чем ее художественным воплощением. Опираясь на инстинкт и воображение, работал с тяжелой, зато чрезвычайно чувствительной камерой, заставлявшей ценить каждый буквально неповторимый кадр, тем более что пластинок, в отличие от пленки, много не захватишь. Несмотря на то что в последние годы появились сомнения в чистой, непостановочной природе абсолютно всех его снимков, Брассай настаивал, что они — это сама жизнь: «Я ничего не изобретал. Я все воображал. Я никогда не искал экзотические или сенсационные сюжеты. Большую часть времени я выуживал свои образы из окружающей меня повседневной жизни. Я думаю, это самое честное и простое восприятие реальности, в которой самые повседневные события кажутся необыкновенными».

Фото: Брассай

Персона

Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация