11 шедевров Караваджо в Пушкинском
Time Out

О событии

Никогда раньше картины итальянского гения не вывозили с его родины в таком количестве.
Случаются — и даже в современной России — выставки, чудесные одним своим существованием. Рекламный лозунг «Никогда раньше столько работ Караваджо не покидали его родину» даже не кажется прямолинейным: получить одиннадцать произведений Караваджо (учитывая, что сохранилось их по всему миру примерно восемьдесят) при нынешнем состоянии отечественных музеев — редкое счастье. Потому даже среди множества замечательных плодов Года Италии в России собранная в величайших итальянских музеях выставка шедевров, представляющих гений Караваджо во всех периодах его развития, стоит особняком. В Москве покажут и одну из самых ранних известных картин — «Мальчика с корзиной фруктов» из Галереи Боргезе, — созданную в годы, когда юный Караваджо писал цветы и фрукты для модного художника Джузеппе Чезаре, и потрясающее «Положение во гроб» из Ватикана, и проникновенный вариант «Ужина в Эммаусе» хранящийся в миланской Галерее Брера, и совсем позднее «Мученичество святой Урсулы» из Неаполя.

Идеалы классической красоты и гармонии были чужды страстной натуре Караваджо, но за картины потрясающей силы меценаты, публика и даже служители церкви прощали и странности характера, и склонность к экспериментам. Хотя понять, отчего одни картины отвергались заказчиками, а другие принимались, подчас невозможно. Так, фантастическое «Обращение Савла» — с освещенной нездешним светом лошадью в центре композиции и вываливающимся к ногам зрителей пораженным гласом с небес будущим апостолом Павлом, — как известно, второй вариант картины. И получился он еще более далеким от канонов, чем первый. Видеть шедевр в Москве — особая удача: в римской церкви Санта Мария дель Пополо его не очень удобно рассмат ривать.

Караваджо не следовал правилам ни в жизни, ни в искусстве — тащил в картины немытый плебс с улиц, убедительно изображавший не только блудниц и мытарей, но и заглавные фигуры священной истории. Его жизнь была так же драматична, насыщена контрастами, полна падений и прозрений, неожиданных поворотов, как и картины, — или наоборот. Обвинение в убийстве было лишь одним из многих, бурный нрав и дурные привычки часто приводили Караваджо в суд, несколько раз ему приходилось бежать, благо раздробленность Италии позволяла осесть недалеко и ненадолго — до следующих неприятностей. Все это привлекает к итальянскому гению внимание тех, кому сложно оценить его творческие достижения, — не всякому художнику удается прожить жизнь так, чтобы в его байопике было место действию, а не только обычным в то время для творцов по найму перемещениям из Милана в Венецию и Рим, оттуда на Мальту, на Сицилию, и умереть при таких же загадочных, как и вся его жизнь, обстоятельствах.

На фото: Караваджо. «Ужин в Эммаусе»

Спецпроект

Загружается, подождите ...