Deerhoof (США)

О событии

В Москву приезжает воплощение понятий «странность», «противоречивость» и «контраст».

В Москву приезжает воплощение понятий «странность», «противоречивость» и «контраст» — группа Deerhoof.

«Что ты мне дал?» — слова Рауля Дюка, попробовавшего адренохром, сами собой слетели с моих уст, когда я услышал творчество наших сегодняшних героев. «Это что они, на линейке играют? А сколько вокалистке лет, восемь? Музыке они учились, что, у космитов с Веги?» В моих наушниках царило странное веселье; там было много хитроумного юмора и хаотичного движения; девчачий голос бойко пел под очень неправильные, но заводные ритмы. Причем с такими интонациями, что не вслушиваясь, понятно было: пел о всякой дурацкой фигне. Словом, звучало очень ярко, необычно и интересно. Группа называлась Deerhoof.

16 лет назад они будто одним своим появлением поставили себя из ряда вон. Тогда, в 1994 году, альт-рок в США уже вышел из подполья, но только одним боком. В массовом сознании он был музыкой владельцев клетчатых рубашек с лицами «Я видел, как убивали мою семью». Ярость и боль Nirvana, боль и ярость Smashing Pumpkins, размазанная гитарная мысль Sonic Youth, злобный индастриал Nine Inch Nails… И тут — бац! На фоне этого хмурого бетонно-героинового ужаса создается удивительная и радостная рок-группа, которая сама прется от своей детской несуразности. У них неправильность стоит на нелепице. Ошалевшие ударные лезут во все размеры сразу. Марш сказочных гномиков сменяется лукавой игрой в хардкор или нойз, та — сахаристыми цветками попа, потом идут совсем уж мультяшные тенькания. Да, это абсолютный мультик — и голос у вокалистки принадлежит скорее няшной аниме-девочке, чем живому человеку. Все ярко, все быстро, ничего не понятно: не успеваешь. От звукового мелькания «рябит» в ушах и захватывает дух. И за всем этим стоит пьянящая радость жизни, даже не детская уже, а животная.

Вообще поражает, как Deerhoof натуральны и легки в своей заковыристости. Кажется даже, что они пишут музыку как бог на душу положит, не думая над ней. Это, конечно, не так: все-таки основатель группы Грег Сонье окончил консерваторию и считает себя последователем Стравинского.

Однако его академизм отлично сочетается с японским (читай — инопланетным) происхождением вокалистки Сатоми Мацудзаки, по словам очевидцев, редко воспринимающей мир головой. Итак, традиции музыки Японии, которая среднего европейца раздражает нелогичностью, вкупе с теорией авангарда, на почве культуры комиксов, да с инфантильной подачей… Естественно что на выходе получается нечто, основанное на постоянном шизофреничном движении и контрасте. В прошлом году они довели до трясучки посетителей московского фестиваля Avant, отыграв всего несколько песен. Что-то будет на их сольном концерте?