Щелкунчик

О спектакле

Чтобы понимать лихой юмор Раду Поклитару, надо что-то в этой жизни видеть, тогда будет понятно, над чем худрук "Киев модерн-балета" смеется.

Прежде всего: на этот спектакль не стоит вести детей.

На афише написано «спектакль для взрослых», и афише надо верить. Не потому, что на сцене происходит что-то «неприличное» — все вполне одеты, никто не трахается, — просто стеб — это не детский жанр. Чтобы понимать лихой юмор Раду Поклитару, надо что-то в этой жизни видеть, тогда будет понятно, над чем худрук «Киев модерн-балета» смеется.

Он издевается над историей балета, над стереотипами драгоценного искусства, его штампами и его крашеными соплями. Никаких сражений с мышами на сцене не происходит — в реальности театра с самыми противными грызунами надо находить компромисс, вот мальчик и девочка с хвостатыми и раскланиваются и вполне себе дружат. А мыши устраивают им концерт — и каждый номер традиционного дивертисмента заставляет зал хохотать до слез.

Испанский танец танцует мышь-Кармен с замашками характерной примы Большого театра (в финале ее, понятно, зарезают). Китайский — два мыша-сумоиста (Раду в курсе, что сумо — это в Японии; но если сам Мариус Петипа полагал, что Конго протекает в Китае, другим тоже можно). Русский танец — безбашенная пародия на «Лебединое озеро»: мышь-принц с арбалетом и кокетливая мышь-Одетта в белоснежной пачке. Все эти танцы — и угловатый, но решительный принц Щелкунчик — на самом деле снятся девочке-нищенке, замерзающей на улице в рождественскую ночь. И это еще одна причина, чтобы не брать с собой младенцев: потом не придется отвечать на вопрос, умерла ли героиня. Да, умерла — скатилась камушком с крыльца, где пыталась приткнуться, и из всей праздничной толпы ее заметила только одинокая крыса. Поклитару умеет делать очень жесткие финалы своих легкомысленных спектаклей, и, выбравшись на этот «Щелкунчик», вы запомните его надолго.

Спецпроект

Загружается, подождите ...