Предзнаменования. Пиковая дама

О спектакле

В Большом вновь показывают балет Леонида Мясина.

Премьера «Предзнаменований» состоялась в 2005-м, когда правивший тогда в театре Алексей Ратманский пригласил испанского хореографа Лорку Мясина поставить в Большом балеты его знаменитого отца.

Тогда в один вечер с «Предзнаменованиями» появились «Треуголка» и «Парижское веселье» — и московская публика впервые увидела «живьем» сочинения единственного москвича, которому выпала честь быть утащенным Дягилевым в легендарную антрепризу. Увидела, восхитилась… и осталась лишь с воспоминаниями, потому как «Треуголку» с «Весельем» и репертуара быстренько выкинули, а «Предзнаменования» стали танцевать ровно раз в год. В этом сезоне, правда, аж два раза — сейчас два спектакля стоят подряд. (В комплекте с «Пиковой дамой» Ролана Пети, где безумным петербургским Германном становится Николай Цискаридзе.) Если нынче «Предзнаменования» не отловить, неизвестно, когда удача улыбнется снова, в расписании до июля Мясина точно больше нет.

А взглянуть на «Предзнаменования» стоит. Спектакль поставлен на музыку Пятой симфонии Чайковского, которую, как правило, умно и внятно играет оркестр Большого — то есть даже снобы-меломаны, пренебрегающие искусством балета, что так ценит музыку, удобную для ног, найдут для себя что-то ценное. Оформлял «Предзнаменования» Игорь Чапурин, поэтому никакой патетической костюмной пыли, загадочное лицо аргентинского манекенщика на заднике и тонкий блеск кристаллов Сваровски на облегающих костюмах: эффект не новогодней елки, но звездного неба. Почитатели балетной истории поклоняются одному из первых симфонических балетов в мире: Мясин поставил «Предзнаменования» в 1933 году в Монте-Карло, когда Баланчин еще только придумывал свой стиль и намечал свои маршруты. Традиционалисты, которых передергивает от босых ног на сцене и перемещений артистов на полу, вздохнут счастливо: пуанты, конечно же пуанты и строгая, воздушная классическая лексика. И даже любители сюжетных балетов будут довольны: ну, пусть не полноценная история, не «любил-ревновал-убил», но вполне прописанная в танце аллегория.

На сцену выходят Действие, Страсть, Соблазн, Легкомыслие, Герой и Судьба. Герой (Александр Волчков) ведет нежный дуэт со Страстью (Мария Аллаш), Судьба (Ян Годовский) пророчит несчастья, Легкомыслие (Марианна Рыжкина) летает в легком вальсе. И только в финале вспоминаешь, что все это Мясин сочинил именно в 1933-м, когда мало кто прислушивался к прогнозам европейской погоды.

Спецпроект

Загружается, подождите ...