Кинотеатр повторного фильма

О книге

Новая книга Виктора Шендеровича состоит из 14 рассказов и повести, которая называется Тайм Аут (нет, это не скрытая реклама нашего издания). Она о людях, которые ходили в Кинотеатр повторного фильма на улице Герцена, сидели в кафе-мороженом и звонили друг другу из телефонов-автоматов, нагло глотающих двушки. А еще - привычно поругивали советскую власть и искренне радовались, когда удавалось провести ее. В одном из рассказов описывается, как актеры, отыграв спектакль для цековского начальства, случайно заходят не в ту комнату и набрасываются на приготовленную для партийных шишек спецеду.

Впрочем, рассказ-анекдот - для этой книги скорее исключение. Перед нами вполне традиционная, очевидно автобиографическая проза. Порой сентиментальная, но с гомеопатическими вкраплениями юмора. Истории о службе в армии, первой любви, о борьбе с мировым империализмом и напряженной жизни молодого человека. Он обременен десятком обязательств и лишь в финале добирается до блаженной паузы в делах. Герой повести, аспирант Дима Скворешников, забыл перевести часы и внезапно оказался вне времени - в том самом тайм-ауте. И впервые замечает, что прошлого в его жизни становится все больше и что оно все сильнее воздействует на его настоящее.

Любопытно, что издательство Время выпустило ее в своей серии Самое время!, в которой выходит проза, долгое время пролежавшая в писательских и редакторских столах. Этот труд - не исключение. Есть что-то глубоко закономерное в том, что Кинотеатр повторного фильма появился после сборников хлесткой юмористики и желчных сценариев Кукол, книг Куклиада и Здесь было НТВ - словом, после текстов, которые создали и закрепили публичный имидж Виктора Шендеровича. Что может быть веселей, чем сражаться с ветряными мельницами - химерами советской власти и благоглупостями конца прошло десятилетия? Пошутить над увальнем Ельциным и умником Явлинским? Рассказать о делах думских депутатов голосом ведущего передачи В мире животных? Романтические, воистину дон-кихотовские времена!

Сейчас - уже не те; вот и смех в нынешние дни отчего-то застревает у записного остроумца в горле. Оттого и пряно-острый Плавленый сырок - программа Шендеровича на радио Эхо Москвы - не вызывает того резонанса, который порождали те же Куклы. Выход этой книги и есть тайм-аут, отпуск, который берет автор у своего ехидно-злободневного образа молодого и рассерженного. Самое время напечатать его ранние рассказы - актуальные, как и любая история о чувствах, независимо от времени действия.

Конечно, книга рифмуется и с настроениями, все настойчивей вплывающими в сегодняшнюю жизнь через фильмы и сериалы об уютной брежневской эпохе и чистых душой командирах в пыльных шлемах. Однако Шендерович выворачивает эту рифму наизнанку. Лучший рассказ сборника, В чужом городе, посвящен как раз очищению крови от растворенного в ней тухлого кубика рабства. И потому книга его воспринимается не как предостережение от посещения кинотеатра повторного фильма, а как приглашение войти в его двери, пока еще не выключили свет.