Москва
Москва
Петербург

Вечер балета. Фарух Рузиматов

На скором фестивале "Мариинский" у Фаруха Рузиматова будет вечер-бенефис. Обещают балет в стиле фламенко "Suspiro de Espana" ("Дыхание Испании"), и "Павану мавра" Хосе Лимона. Вечера в Театре Консерватории можно считать открытой генеральной репетицией.
На скором фестивале «Мариинский» у Фаруха Рузиматова будет вечер-бенефис. Обещают балет в стиле фламенко «Suspiro de Espana» («Дыхание Испании»), поставленный испанским танцовщиком и хореографом Рикардо Кастро и «Павану мавра» Хосе Лимона. Вечера в Театре Консерватории можно считать открытой генеральной репетицией. «Павана мавра» — скромная редкость, маленькая драгоценность, гулкое сокровище. Ее нечасто танцуют в Петербурге (а в других городах страны не танцуют вовсе). Двадцатиминутный балет Хосе Лимона, сделанный на музыку Перселла в 1949 году, — знак великой эпохи в мировом танце, к сожалению, прошедшей мимо нас. Довоенное вырастание американского модерна и его расцвет («Павана мавра»), увядание в 50-х и выброс в 70-х нового стебля contemporary dance — ничего мы этого не видели. Идеология американского модерна с его культом здоровья и свободы (не надо уродовать пальцы ног, вставая на пуанты; да здравствуют свободные хитоны вместо жестких пачек) шла вразрез с культивируемым и всегда удобным начальству самоотречением классических танцовщиков и властно-пирамидальным строением классического балета. И сейчас, когда в Мариинке собирают наследие ХХ века — от Баланчина до Форсайта — модерну в театре появиться не суждено. Чужое наследство — не мы растили, не мы пропалывали. Не наше. Потому так интересно взглянуть на то, как артисты берутся за эту пластику, что-то ищут в ней. Никита Долгушин подчинял модерн классике, прорезал пульсирующий текст восклицательными знаками резких жестов. Рузиматов, наоборот, старается быть более текучим, чем текст: быть настолько «своим», будто жизнь прошла в Америке, а не на Театральной площади — но все-таки перебирает с пафосом. А там ведь все так несложно. Балет на четырех человек. Мавр, его жена, Друг и жена Друга (шекспировских имен Лимон персонажам не оставил). Павана — чинный старинный танец; поклоны; переплетения рук. Четверка сцепляется пальцами. Платок плывет от одного человека к другому. Никаких гигантских прыжков, никакого надрыва — четыре хорошо воспитанных человека ведут в танцах изящную светскую беседу. И жизнь от смерти отделяют одна реплика и полповорота головы.
20 февраля 2006,

Афиша

Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация