Москва
Москва
Петербург

Альберто Джакометти

В Россию впервые привозят почти полсотни работ итальянского классика модернизма.

Приключения итальянцев в России продолжаются. Сначала ГМИИ им. Пушкина представил собранную со всего мира огромную ретроспективу Модильяни, затем были итальянские футуристы. Сейчас в Пушкинский привозят более 50 работ Альберто Джакометти, скульптора, графика и живописца.

Как и Модильяни, Джакометти приезжает в Россию впервые. Что поделать, западное искусство 20-го века представлено в России, как норковая шуба из известного анекдота, у которой не дырки, а норки. Эти пробелы Пушкинский компенсирует не частотой и разнообразием выставок, а монументальностью подхода. И в данном случае из Швейцарии привозят пусть не полное, но весьма обширное собрание Джакометти. Здесь скульптура, живопись и графика: с середины 20-х (в том числе и знаменитая «Женщина-ложка»), через 30-е (увы, без «клеток» и других сюрреалистических объектов), до последнего периода, конца 40-х — середины 60-х, и самых известных «худых» скульптур. Среди них — бронзовая венецианка, подобная той, какую, по слухам, приобрел за 14 млн. долларов Роман Абрамович.

Впрочем, Джакометти и не показать иначе. Годы его жизни 1901-1966 можно выбить на памятнике модернизму. Родившись в маленьком швейцарском городке на границе с Италией в семье живописца, он большую часть жизни прожил в Париже — мировом художественном центре. А это означало уникальный круг общения, фантастическую среду, в которой формировались основные процессы мирового искусства того времени и его лидеры. Именно этот круг поначалу определил маршрут Джакометти в искусстве — он дружил с Пикассо, Андре Бретоном, Луи Арагоном, Миро, Максом Эрнстом, Сартром, Беккетом. В 20-е годы учился у Бурделя и Архипенко, пробовал себя в кубизме, увлекался африканской скульптурой, затем попал в лагерь сюрреалистов. В 30-е делал знаменитые «скульптуры в клетке» — части тела, подвешенные в металлических каркасах, сновидческую графику.

Трудно, однако, сказать, была ли истинной его приверженность тому или иному направлению в те годы, или же менее застенчивые друзья Джакометти, изощренные в формулировании идеологий, просто вписывали его на свою страницу в истории искусств. В пользу второго говорит тот факт, что, после того, как художник решительно порвал с сюрреализмом и объявил свои работы этого времени «бесполезным хламом», он уехал в Швейцарию и именно там нашел свой неповторимый стиль. Это, впрочем, не помешало Сартру объявить новую серию скульптур, которую Джакометти показал во Франции после войны, «воплощением экзистенциализма».

Но в данном случае маркировка уже не важна. Главное — художнику удалось, наконец, выразить в полной мере свое «творческое заикание», которое делало его непохожим на всех остальных. Французский поэт Рене Шар так описывал скульптуры Джаккомети: «То ли раздетые, то ли нет. Тонкие, сквозные, как витражи сгоревшего храма, бесплотные, как мусор, сам устыдившийся своей невзрачности и худобы». Всю жизнь он искал в скульптуре соотношение массы и пространства, а нашел формулу соотношения массы и времени — материя обратно пропорциональна памяти. Потому его тонкие образы протиснутся даже в самую узкую щель между веками.

20 августа 2008,
Загружается, подождите...
ЧЕМ ЗАНЯТЬСЯ НА WEEKEND? ПОДПИШИСЬ НА САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Загружается, подождите...
Регистрация

Войти под своим именем

Вход на сайт
Восстановить пароль

Нет аккаунта?
Регистрация