Константин Никольский

О событии

Среди музыкантской братии Константин Никольский слывет человеком с непростым характером. С коллегами общается нечасто, с журналистами и того реже, а на вопрос о новых песнях, как и его бывший соратник по "Воскресению" Алексей Романов, отвечает: "Зачем новые, если старые хорошие"? Романов, тем не менее, периодически песни пишет, а первый и последний полноценный сольный альбом Никольского "Я бреду по бездорожью" вышел пятнадцать лет назад. Остальные диски — сборники все тех же переигранных старых песен, да публика, впрочем, и не особенно требует от него свежих откровений.

Среди музыкантской братии Константин Никольский слывет человеком с непростым характером. С коллегами общается нечасто, с журналистами и того реже, а на вопрос о новых песнях, как и его бывший соратник по "Воскресению" Алексей Романов, отвечает: "Зачем новые, если старые хорошие"? Романов, тем не менее, периодически песни пишет, а первый и последний полноценный сольный альбом Никольского "Я бреду по бездорожью" вышел пятнадцать лет назад. Остальные диски — сборники все тех же переигранных старых песен, да публика, впрочем, и не особенно требует от него свежих откровений.

Музыка Никольского — стандартный мелодичный ритм-н-блюз, не меняющийся уже лет двадцать. По одной из версий, из "Воскресения" он ушел именно потому, что тяготел к звучанию любимых Dire Straits, в то время как остальные участники хотели "давать потяжелее". После этого вместе Никольский и Романов выступали чуть ли не единожды — в акустическом концерте в театре имени Наталии Сац в марте 94-го. На юбилеях "Воскресения" Никольский не появлялся ни разу, поговаривают, что дело здесь совсем не в творческих разногласиях, а в сумме гонораров. Но даже организаторам самых сытных олигархических "заказников" не удавалось свести Никольского с "Воскресением". Так что причины обоюдного неприятия — тем, кому интересно, — надо искать где-то еще. Один из первых российских рокеров, чьим участием помимо "Воскресения" отмечены "Атланты" (в них на почве подпольного рок-менеджмента трудился Юрий Айзеншпис), "Цветы", "Фестиваль" и "Зеркало мира", Константин Никольский — отчаянный консерватор. Он ведет почти затворническую жизнь, у него нет сайта в интернете, он очень редко появляется на ТВ, уподобляясь своему духовному учителю Джей Джей Кейлу, когда-то выпестовавшему жанр медленной и красивой блюзовой баллады. Так же, как Эрик Клэптон, Марк Нопфлер, Крис Ри и чуть менее попсовый и известный Сноуи Уайт, Никольский ничем не удивит публику, которая приходит на его концерты в маленькие клубы и подпевает печальным историям про музыканта без сюртука и ночную птицу.
Желающих услышать эти немного наивные баллады с каждым годом, может быть, и не увеличивается, но особенно и не убывает.